- Не моя печаль, - отрезал Ритул, - пусть хоть сам чеканит, лишь бы меди не добавлял.
Вечером, на углу улицы жестянщиков и парусных мастеров, Йонарда остановил паренек, который пытался заработать себе на жизнь продажей предсказаний. В предсказанья, Йонард, в общем, верил. Но не в те, которые пишутся на глиняных табличках и подаются в дешевых трактирах после пары пиал такого же дешевого кислого вина... Впрочем, с вином, в Акре, кажется, с недавних пор перебои.
Паренек смотрел на Берга, переминаясь с ноги на ногу. Да он есть хочет, осенило северянина. Он нашарил в кошельке пару монет, кинул пареньку, не глядя, сунул табличку с предсказанием за пазуху и зашагал в сторону ближайшего трактира.
Йонард заказал хорошо прожаренную баранину. Непричесанная девушка с хмурым лицом и тяжеловатой походкой проворно поставила деревянную доску с мясом, кувшин с подкрашенной соком водой и шлепнула рядом зеленую лепешку.
- Это что? - едва не обиделся Йонард.
Не говоря ни слова, девица забрала лепешку и отошла. Берг заметил, что новая услуга оказывается всем подряд. И многие не отказывались. Стоил гашиш дешево и Йонард, оглядев трактир, с неприятным удивлением заметил самоуглубленные взгляды посетителей, вялые жесты и общее настроение... Как будто во сне, понял Йонард. Словно бы мы все спим, и нам снится сон. Один на всех. Не то чтобы кошмар, а такая вот непонятная тягомотина, из которой так тяжко выбираться по утрам.
Подчиняясь настроению, он вынул из кармана табличку с предсказанием.
Разумеется, никаких сногсшибательных откровений он не прочел. Судьба уготовила для него опасность, лишения и неизбежные как Божий гнев богатство, власть и любовь царицы. Он часто такие таблички видел, еще в Вечном Городе... И откуда столько цариц наберется?
ШЕСТАЯ ГЛАВА
За несколько суток полумрак стал привычным. Узкая светло-розовая полоска в маленьком отверстии под самым потолком означала, что еще один день прошел, раскаленный солнечный диск медленно спускается к морю, освежиться, а он, Даний, пока жив.
С огромным изумлением правитель города отмечал, что сердце его полно тоской, печалью, любовью... но не страхом. И даже не беспокойством.
Тень позаботился о том, чтобы Даний оказался в положении попугая в клетке, на которую набросили большой и плотный платок. Всю охрану тюрьмы сменили. Теперь службу здесь несли совершенно чужие светлокожие люди, не понимающие местного языка. Рабы тоже были другие. Глашатаи не появлялись в этом квартале, вероятно, на то был особый приказ Тени.
Впрочем, все эти меры оказались бесполезными.
Дважды Дания под охраной, в глухом паланкине, выносили в город. Один раз под окнами тюрьмы мелкий торговец поспорил с менялой. И каждый вечер Данию приносили еду: кашу с хорошо проваренными рыбьими головами. Ему, пятнадцать лет правившему этим городом, было вполне достаточно сведений, чтобы сделать выводы.
Даний считал дни до смерти. По его подсчетам выходило, что единственное, что еще может отсрочить крах Тени, это закон Эльхара. Данию он достался от предшественника. Этот закон гласил: если умирает высокопоставленный сановник, каждый полноправный гражданин города обязан внести в казну богатый подарок, в знак скорби... Три дня назад Даний перестал есть, по опыту зная, что в еду отраву подмешать гораздо легче, чем в воду. Кашу он выливал в отверстие в полу, надеясь, что никто этого не заметит, а вот воду приходилось пить. Ничего не поделаешь: без еды еще можно было потянуть, а вот без воды... Не то, чтобы Даний держал Тень и его прихвостней за полных придурков. Просто, просчитав эту партию, он отчетливо увидел, что у него вовсе не самая плохая позиция. Пожалуй, с такими фигурами можно и выиграть. Вот только еще найти бы способ их двигать.
Высоко над головой раздался звук, который Даний слышать не привык, во всяком случае, на закате. Еду ему сегодня уже приносили... Однако, это определенно открывали двери.
Для стороннего наблюдателя, если б он вдруг оказался здесь, ни поза Дания, ни выражение его лица не изменились. Но на самом деле весь он подобрался. Дверь, открывшаяся в неурочное время, могла означать очень многое...
- Здравствуй, узник, - бодро окликнул его Тень. Как и в прошлый раз, он остановился на лестнице, чтобы казаться выше. Он был в том же белом плаще, тех же щегольских сапожках из тонкой кожи, в том же шлеме. Словом, он был определенно таким же, как и в прошлый раз. Видимо, умел владеть собой не хуже Дания. - Ну, как тебе здесь сидится? Смотрю, обжился.