Зрителей было много. Люди сидели на табуретках, подушках и коврах. Многие смотрели стоя. Словно заворожённые, пялились они на сменяющие друг друга картинки.
Почему-то это вызвало у Псалая отвращение.
И всё же, дело нужно было делать.
Бомба, представлявшая собой несколько связанных вместе гранат, погружённых в наполненный дополнительными поражающими элементами деревянный ящик от продовольствия, что стоял вместе с остальными, не вызвала у шурави подозрений.
Ещё днём Псалай принёс его туда под видом человека, явившегося за гуманитарной помощью. Он принёс и незаметно положил к остальным ящикам.
Это было несложно. Особенно когда детишки, подкупленные Псалаем сластями, отвлекали шурави, крутившихся у продовольствия.
Псалай успел прикрепить тонкую проволоку взвода к нижнему ящику. Сама бомба уже была готова. Одна из гранат оставалась без чеки и была вставлена в банку из-под консервов. Стоит только взять ящик или свалить его в нужную сторону, как произойдёт взрыв.
Хитроумная, но простая система была задумана на случай, если шурави сами попытаются взять и сдвинуть ящик. Тогда они бы взорвались раньше времени. Но главное — взорвались.
Сейчас же требовалось взвести механизм. Чтобы взрыв произошёл наверняка. Именно в этот час.
Псалай знал, что это жестоко. Но разделял воззрения своего лидера. Он считал, что подобное происшествие ещё сильнее подстегнёт остальных людей на борьбу с шурави. Особенно после того, как Кандагари предъявит всем так удачно подвернувшихся им «виновников» — троих советских разведчиков.
Сначала Псалай хотел сделать всё сам. Нужно было подобраться к «шишиге», спрятаться за ней от осколков и потянуть за замаскированную пылью проволочку. Тогда ящики сдвинутся и упадут. Граната выскользнет из стакана и раздастся взрыв.
Однако он быстро понял — так просто ему не подобраться к нужному месту. Там дежурили вооружённые шурави. И Псалай нашёл другой способ.
— Привет, Редай! — позвал он мальчишку лет тринадцати, проходившего мимо.
Мальчик, видимо, шёл к деду, сидевшему среди зрителей. А ещё — жевал конфету.
— Здравствуйте, уважаемый Псалай, — остановившись, мальчик поклонился.
— Как твоё здоровье, дорогой друг? Как поживает твой дедушка?
Редай снова поклонился.
— Спасибо. У нас всё хорошо.
— Пришли смотреть кинофильм?
— Да, — мальчик кивнул. — Мы пришли с дедушкой. Я никогда до этого не видел кинофильмов. А вы?
— И я не видел, — улыбнулся Псалай. — И тоже пришёл сюда посмотреть.
— Вам нравится?
— Очень, — Псалай улыбнулся. Потом он вдруг опустился на корточки. Поравнялся с мальчиком взглядами. — Скажи, Редай, а могу ли я попросить тебя о помощи?
Мальчик замялся. Обернулся и глянул на экран. Потом снова на Псалая.
— Да… Конечно… Что вы хотели?
— Сегодня днём я приходил за продуктами сюда, на площадь. Попросил у шурави два ящика овощей для меня и моего соседа многоуважаемого Гатола Амазари. Ты же знаешь старика Гатола Амазари?
Мальчик робко покивал.
— Но, к сожалению, я заговорился с моим давним другом, который приходил на базар, — вздохнул Псалай. — И забыл второй ящик. Ты не мог бы мне помочь? Принести его сюда? Я бы сходил сам, но не хочу пропустить кинофильм.
Редай, кажется, расстроился. Он тоже не хотел пропустить кино, но старшему отказать просто не мог.
— Не расстраивайся, Редай, — заметил это Псалай. — Я не останусь перед тобой в долгу. Смотри.
Псалай вынул из-за кушака небольшой складной ножик с красивой костяной рукоятью.
— Видишь? Это мой перочинный нож. Если ты принесешь мне ящик, в благодарность, я подарю тебе этот нож. Хочешь?
Глаза мальчика загорелись интересом. Он принял ножик из рук Псалая. Раскрыл недлинный, но остро заточенный клинок. Попробовал его пальцем.
— Конечно. Конечно, я помогу вам. Где этот ящик?
— Давай я тебе расскажу, — Псалай взял ножик из рук мальчика. — Он…
Псалай не успел договорить.
— Пожар! Пожар! — закричал кто-то. — В кишлаке пожар!
Он глянул вдаль. Стал искать на темном небе следы дыма. И нашёл. Пусть они почти сливались с ночью, различить их было можно. Псалай сразу понял, где горит.
На площади немедленно началась паника. Люди, сначала ничего не понимающие, быстро уяснили, в чём дело. Они засуетились, закричали. Зрители повскакивали со своих мест.
— Всем соблюдать спокойствие! — кричал какой-то долговязый офицер шурави, носивший очки. — Всем спокойно! Филимонов!
— Я! Где твое отделение? Нужно найти очаг! Кто знает, где здесь ближайший колодец⁈