Кстати, здесь опять американские стратеги сели в лужу, приняв набег Одзавы за полноценную подготовку к вторжению японских войск в США. В панике американское командование даже сняло с южного фронта, воевавшего против конфедератов, двенадцать дивизий и двинуло их к западному берегу. И это очень облегчило жизнь армии южан. Из городов Запада началось массовое бегство мирного населения. Люди в серьез поверили в то, что японцы вот-вот высадятся на американских пляжах. Среди беженцев ходили абсолютно дикие слухи о трехмиллионной армии самураев, которую уже вывезли из Перл-Харбора к берегам США. Даже американские военные всерьез воспринимали эти бредни. Поистине, американцы привыкли делать всем гадости издалека, находясь за океаном вдали от своих врагов. А это рождает чувство безнаказанности и вседозволенности. Но когда возникает хоть какая-то реальная угроза самим американцам, то они начинают метаться в панике. Другие народы, между прочим, к таким угрозам относятся довольно спокойно. Напали враги! Фигня! Будем воевать! И только в США могут раздуть какую-нибудь незначительную угрозу до вселенского масштаба. И вот эти люди в двадцать первом веке портят всем народам кровь своими фашистскими заявками на мировое господство? Бли-и-и-н (закрываю глаза ладонью и качаю головой)!!! В общем, Одзава очень хорошо взбодрил американское общество.
Однако, я, завершения этого героического рейда, не дождался, так как срочно был вызван в Японию. Где и узнал о том, что правительства Германии и Италии наградили меня своими государственными наградами. Немцы вручили мне аж две своих награды. Первая — Рыцарский крест Железного креста с Дубовыми Листьями и Мечами. И вторая — Большой крест Ордена Заслуг германского орла. Один мой знакомый по той еще жизни в двадцать первом веке был коллекционером вот таких вот германских висюлек. Он как раз мечтал о вот таком вот Рыцарском кресте. Жаль, что теперь нельзя его обрадовать и задарить ему эту гадость. Носить эту пакость я все равно не собирался. Ну не люблю я немецких фашистов с их бесноватым Адольфом. По мне, так надо загнать всю нацистскую кодлу во главе с Гитлером на какой-нибудь ржавый транспортный корабль-гавновоз, который стоит затем вывести в район Марианской впадины и после чего расстрелять его главным калибром нашего сверхдредноута «Ямато».
Итальянцы так же вручили мне всего один Большой крест Ордена Короны Италии. Пожмотились макаронники! Немчура вон две висюльки отвалила, а эти жмоты только одну. И прием меня в их посольстве ждал довольно скромный. Немцы хотя бы фуршет устроили, а эти любители пиццы только руку пожали и выставили за дверь. А все туда же, рвутся Великую империю строить крохоборы!
Правда, наш император тоже решил не отставать от своих зарубежных коллег и лично вручил мне Высший орден Хризантемы с большой лентой. Это был самая высшая награда Японской империи. И к тому же самая редкая. Пока за всю историю Японии ее получили лишь пять человек. Я был шестым. Хотя, кроме этой и немецко-итальянских государственных наград у меня были еще и другие, полученные настоящим Исороку Ямамото еще до моего вселения. И так, у меня были: Орден Цветов Павловнии, Орден Священного сокровища 1-го класса, Ордена золотого коршуна 1-й и 2-й степени, Орден Заслуг Японского Красного креста, Орден Благодатных облаков 1-й степени. В принципе не так уж и много, в сравнении с европейскими и американскими генералами и адмиралами. Вообще, в Японской империи к наградам было особое отношение. Ими, в основном, награждали либо высших офицеров, либо крупных чиновников. Японским военнослужащим низших рангов ордена вручались довольно редко. Считалось, что они и так должны совершать подвиги, ведь их долг в служении императору. Хотя, их конечно же поощряли другими методами. На флоте, например, рядовому и унтер-офицерскому составу вручались специальные грамоты, чайные чашки с дарственными надписями, небольшие наградные вымпелы. В особых случаях вручали именные самурайские кинжалы. Офицерам флота низшего и среднего звена вручалось именное оружие или самурайские мечи с гравировкой. В японских вооруженных силах не было такой тяги к медалям и орденам, как это было в европейских армиях. У военнослужащих Японской империи боевой дух и так был выше некуда.