На исходе вторых суток единственный и последний раз в этой операции случился морской контакт с противником. Ночью вражеская субмарина, скорее всего голландская, попыталась приблизиться к зоне нашей высадки, но была засечена нашими эсминцами, охранявшими периметр зоны. После чего, обрадованные таким подарком, три японских эсминца устроили на нее настоящую загонную охоту. Сбросив на подлодку противника около сотни глубинных бомб, они ее смогли загнать на мелководье и уничтожить в конце концов. Я поздравил капитанов эсминцев с победой и заодно вставил им начальственный пистон за то, что так долго возились. Но похоже, что это не смогло омрачить радости от победы над вражеской субмариной. Капитаны эсминцев были на седьмом небе от счастья. Они уже успели заскучать и очень сильно переживали, что им в ходе этой десантной операции так и не придется вступить в бой. А тут враг сам к ним пришел в руки. Ну, а что до придирок начальства, так для того командиры и существуют, чтобы дрючить подчиненных. Думаю, что другие командиры надводных кораблей сейчас завидовали нашим героям со страшной силой. Они то в этом морском бою не участвовали. Ох уж эти японские военные моряки! Как дети, ей богу!
Я все же приучил генерала Имамуру, при малейшем сопротивлении со стороны противника, вызывать нашу палубную авиацию или огонь наших артиллерийских кораблей. Подвернувшись жестокому террору со стороны наших самолетов и обстрелам с моря, голландцы просто не могли оказывать какого-либо серьезного сопротивления нашим наземным силам. Морально они были не готовы к такому прессингу. За два дня наши сухопутные части вплотную приблизились к Батавии и Сурабае. И буквально через несколько часов после этого, защитники Явы капитулировали. Причем, Батавия, обороной которой командовал генерал Тер Портен, сдалась даже раньше, чем Сурабая где рулил гражданский генерал-губернатор Голландской Ост-Индии.
В плен сдались сорок две тысячи голландских солдат и ополченцев, и две с половиной тысячи австралийцев. Пленных никто не убивал. Я запретил это делать, и генерал-лейтенант Имамура меня поддержал в этом вопросе. Нельзя загонять противника в угол. Если он будет знать, что в плен его не возьмут, то будет драться до конца. А так хочет сдаться — пускай сдается. Хотя эти европейцы и остались живы, но их участи я совсем не завидовал. Я примерно представлял, что ждет их в японских лагерях для военнопленных. Конечно их нельзя было сравнить с теми же концлагерями фашистской Германии, но и курортом их назвать тоже нельзя. Кроме того, с моей подачи многочисленных пленных японцы стали использовать для различных тяжелых работ. Например, строительством железной работы в джунглях Бирмы под присмотром японской армии занимались военнопленные. Или вот завалы и руины Чунцина расчищали тоже военнопленные. Они так же строили укрепления на оккупированных Японией территориях. Короче говоря, белые колонизаторы отрабатывали свой долг перед народами Азии. Хотя, в той реальности японцы через пару лет сами пришли к тому, чтобы использовать труд пленных. Но я решил не ждать так долго и подтолкнул японских военных к очевидному решению проблемы. А то корми этих белокожих дармоедов и охраняй, а так пускай отрабатывают свое содержание на стройках Азии. Ох! Чую за эти мои идеи меня скоро западные еврочеловеки и прочие толерасты объявят военным преступником. Хотя они бы меня и так объявили бы исчадием ада в случае нашего проигрыша. Но на скамью подсудимых в самом гуманном европейском суде я попадать не планировал. Если вдруг я облажаюсь, и Япония проиграет, то нахрена тогда жить. Я то в плен точно не сдамся! Вот так вот товарищи. Совсем я тут ояпонился от такой тяжелой жизни. Уже и думать начинаю, как настоящий самурай, блин!
Теперь говорить о каком-то организованном сопротивлении западных союзников в Голландской Ост-Индии было просто глупо. Голландская Ост-Индская армия и ее флот были разгромлены. Немногочисленные гарнизоны на островах просто не могли остановить нашего дальнейшего захвата Голландской Ост-Индии. Вскоре после Явы, в течении месяца были захвачены все остальные острова, принадлежавшие Нидерландам в этом регионе.
Глава 19
Капитан 2-го ранга Хироси Инада, стоя на ходовом мостике своей океанской субмарины «I-2», внимательно рассматривал в мощный морской бинокль двигавшиеся вдалеке корабли противника. Так, два линкора, два авианосца, вроде бы пять крейсеров. Есть там и эсминцы. Эх! Сколько их там рассмотреть невозможно. Далековато. Не менее шести, вроде бы.
— Какая жалость, что мы сейчас так далеко от них. Быстро идут курсом на восток. Нам их не догнать, к сожалению. Эх, если бы мы вчера не сменили позицию, то сейчас смогли бы атаковать эту жирную цель! — раздраженно прорычал Инада, покосившись на своего первого помощника, стоявшего рядом с ним.