— Лизавета, расскажи, что видела, — начал Егор, глядя девушке в глаза.
— Да я… вышла на задний двор, а он там… лежит, — Лизка всхлипнула. — я поперву думала, можа пьяный, а как подошла, сразу поняла – упокойник! Не трогала ничего, клянусь! Только закричала.
— Он был клиентом? — спросил строго Егор.
Лизка замялась, бросив исподволь взгляд на мадам. Та чуть заметно кивнула.
— Был, — тихо сказала девушка. — Звали его… вроде бы Алексей Петрович. Фамилию… Кто ж у нас фамилию то сказывает?! Приезжал, не раз, всегда щедрый. Но сегодня его у нас не было.
— Щедрый, говоришь? — Егор прищурился. — А с кем он тут время проводил?
— С Веркой, — буркнула Лизка, всем своим видом, даже против воли, показывая, что не одобряет выбор покойного, мол, и получше тут имеются, — Она его любимицей была.
Мадам Ксения кашлянула, привлекая внимание.
— Господин пристав, мои девочки не при делах, — сказала она твёрдо. — Алексей был приезжий, из Москвы, кажется. Дворянин, но не из сильных. Перстень у него был с волком, это я точно помню. А что до Веры… она сегодня не в духе, дома осталась. Вы ж понимаете, Егор Степанович, наше заведение в городе лучшее, мы за свою репутацию отвечаем!
Егор кивнул, записывая в блокнот. Волк — символ силы и независимости. Не самый могущественный тотем, но и не слабый. Если перстень пропал, это могло означать, что кто-то из рода отобрал его… или что-то пошло не так.
— Где живёт Вера? — спросил он.
Мадам неохотно дала адрес — маленький домик на окраине. Егор дал указание везти труп в мертвецкую при городской больницу и отправил Ваську за врачом, чтоб тот срочно осмотрел тело, а сам направился к Вере.
Он уже садился в пролётку, ехать к Верке, когда подошла мадам Ксения.
- Алексей Петрович был скрытный, господин пристав, но в Козельске мало что укроешь от лисьего нюха, - и выдержав многозначительную паузу добавила, - он явно приезжал в наше захолустье не ради моей «Весёлой вдовы»… Но вы заходите как ни будь, Егор Степанович, не по службе, всегда буду рада вас видеть!
Дом Веры оказался явно знавал лучшие времена и едва держался на честном слове. Дверь открыла молодая женщина с усталым лицом и растрёпанными русыми волосами. На пальце — дешёвое кольцо, не магическое, а простенькое, серебряное. Простолюдинка.
— Вера? — Егор взял под козырёк фирменной фуражки — Участковый пристав Платонов. Надо поговорить.
Она кивнула, пропуская его внутрь: - Да, входите, Егор Степанович, кто ж вас не знает?
В комнате пахло сыростью и дешёвым вином. На столе стояла пустая бутылка, рядом — платок, мокрый от слёз.
— Слышала про Алексея Петровича? — начал Егор, внимательно следя за её реакцией.
Вера вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.
— Слышала, — тихо сказала она. — Лизка, егоза, прибегала, рассказала уже. Жалко его.
— Ты с ним была близка? — Егор, придерживая саблю, сел напротив, не сводя с неё глаз.
— Близка? — Вера горько усмехнулась. — Вот ведь находите как спросить?! Да он был клиентом, господин пристав. Щедрым, добрым. Говорил, бывало, мол я ему напоминаю кого-то из юности его. Но я для него — просто забава.
— А ты что к нему чувствовала? — Егор заметил, как её пальцы сжали платок.
— Да какая разница? — Вера резко подняла взгляд. — Он дворянин, я никто. У него перстень, магия, род. А у меня — ничего. Но он… он обещал, что заберёт меня. Говорил, что женится, что его род не против. А потом…
Она замолчала, и Егор понял, что попал в точку.
— А потом что? — мягко, но настойчиво спросил он, положа руку ей на ладонь.
— А потом я узнала, что он лгал, — Вера сжала кулаки. — Вчера видела его с другой. С какой-то дворянкой, в дорогом платье, с перстнем. Они смеялись, обнимались. А он мне клялся, что я одна…
Егор Степанович молчал, давая ей выговориться. А Веру уже было не остановить, и её голос дрожал от гнева:
— Я пошла за ним. Они с той дамой расстались у гостиницы «Снегирь», а я всё шла… Хотела выяснить. Он по дороге в трактир к Пантелеймону заглянул, через полчаса вышел уже пьян, шёл к «Вдове». Я догнала, кричала, спрашивала, зачем он меня обманул. А он… он только смеялся. Сказал, что я дура, что дворянин никогда не женится на простолюдинке. И тогда…