Всегда любила рассматривать иллюстрации, находя в них все детали из прочитанного текста. Либо сначала рассматривала иллюстрацию, затем представляла прочитанное. Это, как посмотреть кино, а затем прочесть книгу.
Боюсь ли я чего-то? Раньше – да. Сейчас неопределенности.
Напрягает новый заказчик со своими недалекими идеями иллюстраций, никто ему угодить не может, иногда его фантазии пугают даже издательство, я пока ничего не комментирую, только на днях пойду знакомиться лично.
А погода, как на зло, вот-вот ливанет... снова. Я в предвкушении, как бы не пугал ураган, затем немая тишина до ливня, но невозможно это не любить. Облака, отчасти сине-серые, тучи волнительно наперегонки заполонили небосвод.
Началось. Гром, словно гневно разговаривает,кричит беспокойно. Семь минут шума, будто кто-то прорыдался, как человек. Человек – он, как природа. Затихает… умолкает.
Закончилось...
Небо плотно серое, сквозь ветви деревьев прорывается луч солнца, чтобы осветить каждый свежий лист золотом. Как же люблю я безмолвную тишину природы. Скорее, понимание ее и толкает меня в объятия творчества.
Уютные домики, заставленные цветами веранды, сады, листочки, лепесточки, цветы, цветы, цветы... Рисовать, самое незабываемое удовольствие. Вот так,стоя у окна, тревожно перегрызая колпачок ручки, я встретила и проводила очередную весеннюю грозу.
Проснулась утром, кое-как. Простояв у того же окна около пятнадцати минут, я так и не встретила рассвет. Cнова облачно. Я собралась, выпив глоток ароматного черного кофе, на такси направилась в район, в который ранее меня не заносила судьба. Как только села в такси, начался град. Градинки мелкие, но стремительно заполнили тротуары. Вот так удача! Погода, явно, против моей поездки к заказчику. Погода – лучшая подруга. Природа – мама, но это не новость.Все сходится.
Кончики пальцев начали замерзать еще до того, как я дошла до трехметровых кованных ворот.
Грустный сад с высоченными кустами,различными зеленоватыми растениями расположился на всей территории. И ни одного цветка. Я даже заметила кактус. Дизайнер, явно был не в настроении,рассуждала я с открытым ртом. Для меня, человека, живущего в мечтах это сурово.
Хотя, зеленый прародитель жизни, но…
Вечнозеленая ель-одиночка, не поддающаяся никаким разрушительным силам природы, стояла в центре этих «джунглей», немного настораживала и напоминала непреклонную меня.
И вот она я, наполовину промокшая, торчу у громадной резной, на вид тяжелой двери с вычурной ручкой и пытаюсь стучать заледеневшими пальцами. Прошу прощения, конец апреля. По непонятной мне причине, дверь не открыли и спустя время.
В итоге, я вернулась домой и на почте у себя обнаружила извинения за произошедшее, обо мне просто забыли. На последующие письма этого заказчика я не то, что не отвечала, я даже не открывала их.
Стремительно быстро пробежала весна и не совсем жаркое лето, я не загорела, даже немного. Какая-то ограниченная особь приказала спилить все старые клены вдоль улицы, где я жила. И осень я встретила, глядя на лысый проспект. Только оранжевые лучи заката появлялись на моем лице, когда, уставившись в окно провожала солнце ко сну.
В один из таких тоскливых осенних вечеров я села за рабочий стол в надежде почистить почту и обнаружила от заказчика дюжину непрочитанных писем. Я открыла только семь, вразнобой, это были продублированные письма. Заказчик слезно извинялся и просил приехать.
Чтобы убедиться в серьезности намерений, я набрала по номеру, который был указан под инициалами, «Романовский Г. Я».
С первого гудка ответил мужчина, представился лишь по фамилии и назначил встречу на пятницу, в семь утра. Не четыре, как в прошлый раз, уже хорошо. В любом другом случае я бы послала его и нашу команду, которая почти заключила договор. Просто речь шла о колоссальной сумме денег.
В пятницу я подъехала к дому. Ветер нагонял грусть-печаль. Я закуталась в шарф, только глаза выглядывали. Полосатое серое пальто и осенние ботинки на шнуровке уже не грели.
Двор меня не интересовал, как это было в первый раз. Я обошла сад и ель, которая была сантиметровтридцать, что меня немного удивило, я почему-то запомнила ее высокой. Может спилили, а это саженец.