- Абсолютно случайно. Я искал похожих на тебя.
- Не понимаю. В смысле похожих. Вам кто-то переслал мой адрес?
- Вас не так много, семь... всего семеро... Сколько осталось, не знаю, я узнал взрослыми лишь троих.
Я резко поднялась, - не понимаю.
- Старайся не сбежать, в твоем сознании не только ты. Убегая, слабеешь, привлекаешь его. Плача привлекаешь. Игнорируя, интересуешь его... Ненавидя, манишь... Влюбишься, умрешь...
- Бред не неси, - разозлилась и выбежала в коридор, стала отмыкать свою дверь, чтобы хотя бы обуться в свою обувь, сапоги матери Романовского мне были малы.
Переобувшись, выбежала cнова в коридор, задев его плечо, он по-прежнему стоял напротив моей двери. Я торопливо спустилась по лестнице, шарф зацепился за перила, доставать я его не стала и в свитере вылетела на улицу.
В безумном состоянии направилась к Романовскому.
Дорога казалась бесконечной. Кованные ворота оказались распахнуты, но входная дверь заперта. Cнег прекратился, на смену ему пришел скрипучий мороз, с треском обволакивая инеем все поверхности.
Я сидела во дворе, на бордюре в шоковом состоянии, перематывая все, что произошло около двух часов назад. Дыханием согревая отмерзшие пальцы.
Наконец, дверь распахнулась, словно сама по себе, я вошла, Романовский, схватившись за бок беседовал по телефону:
- Ничего особенного, волосы цвета крыла ворона, блестящие, растрепанные, ровно по плечи. Пара раскосых ярко-зеленых глаз, похожих на сочную майскую листву. Нос, скорее прямой, аккуратный. Не знаю. Ее челка прикрывает пол лица. Губы, эти губы… Утонченные, но напряжены. Она - так резка. Не знаю с какой стороны подcтупиться... Тони Романова - весьма странно звучит, как и выглядит. Какова же, мы разобьем логику о ее принципы. Цинична, категорична… свойственный ей черный юмор, обставляет меня парой фраз, и я в недоумении. Мне кажется, она попала под амнистию в психушке. На сегодня все... Купол до сих пор пустует, а душа уже рвется к небу... Я очень устал. Мысли болят от воспоминаний. Она чувствует больше, чем я готов рассказать. Это - точно она... Она пугает меня, глядя в пустоту и я боюсь, не понимаю ее...
- Чтооооо происходит? - прошептала я.
А он направился на кухню, словно не увидел меня. День сменился на ночь и снова утро. В один миг.
Я стою снова перед дверью, тяну руку, чтобы постучать, и он открывает дверь.
- Прошу в мой мир, Романовский, - сказал он, появившийся внезапно передо мной и пригласил внутрь. Словно, я, впервые пришла. Но на смену лилово-оранжевой рубашке пришла черная вязаная водолазка.
- Да будьте вы прокляты, что творится, мне кто-то объяснит?
- А вот за фразами старайтесь следить, улетят во вселенную, век не исправишь, - улыбаясь отвечает мне он.
Он рассматривал своими сверкающими глазами меня, как какой-то экспонат, который надо беречь, пока что. До поры...
- Что вы планируете со мной сделать? - в ужасе спросила.
- Вы должны нам помочь. Но сначала я должен помочь вам.
- Оставьте себе вашу помощь, - закричала я.
Он лишь усмехнулся.
- Вы проводите эксперимент?
- Нет, да ну что вы?
- Не говорите со мной, как с психопаткой, знаю я таких, как вы.
- Я даже не сомневаюсь в ваших способностях. Вы переняли лучшие качества…
- Так! – перебила я его. - Мой сосед, зачем вы подослали его? Кто мне пересылал сообщения?
- Так Стефан уже ваш сосед? «Уходите», —обиженно прикрикнул он и захлопнул дверь и все словно превратилось в дым.
Меня cтошнило, ватными ногами вынесла себя за ворота.
Шла и осознавала, что меня обманули, использовали в какой-то игре. А что было причиной, я не понимала и знать не хотела. Дальнейшее участие в этом сведет меня с ума.
Я снова пришла в издательство и меня заверили, что мы заключили договор с неким Романовским, их давним клиентом, профессионалом. Cроки выполнения заказа - год. Выходит, меня снова топит депрессия, уныние захлестнуло так, что я стала чудить наяву? Периоды жизни разделились надвое. Я такое переживала однажды, мне нужна перезагрузка, я потеряла смысл всего.
Чтобы окончательно не опозориться перед заказчиком и издательством, приняла решение:вернулась домой, поспешно достала чемодан и стала вваливать в него всю одежду, которую смогла бы унести. Затем достала конверт со всеми накопленными деньгами и выбежала в коридор, где меня дожидался сосед.