Cнова стала стучать в массивную резную дверь. Как мне показалось, среди зелени кустов промелькнул человек, скорее женщина, в косынке бело-голубого цвета. Как только я кинулась в сторону сада, входная дверь открылась.
- Прошу в мой мир, Романовский, - сказал худощавый высокий мужчина, который так внезапно появился передо мной и пригласил войти внутрь.
Что? Мир? С удивлением взглянула на него сверху вниз и шагнула за порог. Из широкой прихожей я прошла в гостиную внушительных размеров, с персиковыми узорчатыми, как в давние времена обоями на стенах. Однако, меня жестами направили в другое помещение, которое оказалось столовой.
Круглый стол, рассчитанный на десять персон накрыт всего лишь на двоих. Чувствовался аромат цитрусовых кексов и корицы. Мужчина, которого я не рассмотрела даже вскользь, пока не внушал никакогодоверия. На вид ему было прилично за сорок.
Он отодвинул тяжелейший стул, пошаркивая по паркету, шорох пронесся эхом даже на верхние этажи. Я с недоверием и оглядкой присела на краешек стула, со старой обивкой лилового цвета, интуитивно, прощупав ладонью шершавый материал. Мужчина отлучился на секунду и вернулся с подносом, на котором гремели две фарфоровые нежно-голубые чашки, вероятнее всего с каким-то кофейным напитком. Аромат его перебил даже резкий запах корицы, который исходил с паром от кексов, стоящих посреди на подносе.
На узком подоконнике в маленьких чашечках-вазочках располагались сухоцветы всех природных оттенков, обвязанные джутовой веревкой. Старинные текстурные обои, приглушенного абрикосового цвета. Кружевная белая занавеска на всех окошках, аккуратно подвязанная ленточками. Интересно, кто с ним живет, сразу задумалась я, осматривая помещение. Есть ли такие хозяйственные мужчины в целом мире? Над столом опускалась круглая люстра с тысячей переливающихся хрусталиков, которые были начищены до блеска.
Наконец он сел напротив и протянул чашку. Я с недоверием подняла ее и в знак уважения, лишь прикоснулась губами к горячей поверхности. Он внимательно наблюдал и с нетерпением ждал, что же я отвечу, но я лишь кивнула и натянула улыбку, хотя никакого желания не было.
- Вы мне расскажете, наконец, какие у вас цели, и в чем заключается заказ? - спросила я, не желая больше тянуть, взглянув прямо в его глаза.
- Как вас назвали родители? - уточнил он, взглянув мне в лицо, но ускользающим взглядом, осмотрев черты так, что им стало щекотно.
- Вероятнее всего, мое имя указано в договоре, - улыбнулась я, - а вас? Кроме ваших инициал я не знаю ничего.
- Романовский – так меня зовут все.
- Но, я не все… Для меня, немного неприятно было бы, назови меня друзья по фамилии.
- А причем здесь вы, ведь речь обо мне. Считайте,это не фамилия, а стиль жизни, – поправил он меня, положив ногу на ногу, скрестив на колене длинные изящные пальцы.
А этот человек, видимо, принимает что-то, подумала я.
- Хорошо, пусть будет так, не расскажете суть, мне нужно знать, что вы от меня ждете?
- А я могу написать о своих предпочтениях и отправить на почту, - сказал, улыбнувшись он, отведя глаза.
Я замерла в недоумении, и взглянула на потолок. Мне показалось, мои слова эхом отвечают, либо эхо отзывается чужими голосами и перешептываниями. Я лишь на момент отвлеклась, затем обиженно ответила:
- Простите, а за какой радостью я приехала к «черту на рога», в эту мерзкую погоду. Если вы даже не собирались ничего обсуждать. Ради чашки непонятного напитка? Не говорю уже о том, что в предыдущий раз, дверь мне даже не открыли.
Он нервно рассмеялся, прикрывая рот ладонью и снова, эхо пронеслось на верхние этажи, мураши мгновенно покрыли мое тело. А он, лишь хитро посматривал в сторону гостиной и снова на меня.
- Вероятнее всего, купол вашего дома пустует, как и последующие этажи, раз уж эхо доносится до небес, - прошептала я.
- Купол? – уточнил он. - Или, наоборот, с небес, - ответил и выпрямился, - на самом деле, я хотел посмотреть на человека, который будет выполнять заказ. Почему-то, я не уверен, что у вас хватит мудрости и глубины понять, чего я хочу, хотя, вы не молоды.
Я резко поднялась, – думаю, мне пора!
Я как раз искала повод скорее оттуда сбежать, так как со стороны старой деревянной лестницы, ведущей на верхние этажи, веяло, чем-то зловеще пугающим. То и дело чувствовалось, какое-то невесомое движение, но я никого не видела. И волнение этого мужчины, который весьма ловко скрывал его, было ощутимо.