– Не думал, что ты сделаешь это. – парень испытывал смесь замешательства и благодарности.
– Да я и сама не думала. – устало откинула голову назад девушка, скрестив на груди руки.
– У него есть шанс выжить?
– Есть. Если никто не воспользуется шансом его убить.
– Я понял. Можешь не продолжать. – Ал оторвался от стола и глянул на крутящегося с другой стороны Леона, – Эй, парень, позови-ка кучера, пусть поможет. Перенесем сержанта в телегу.
– Куда поедем? – идей у дочери Кано не было никаких.
– Туда, где будет безопасно. Ко мне домой.
Район Вертольда, где находился дом лейтенанта оказался очень даже приличным. И не таким разгромленным, как все остальные. На оштукатуренных светлых домах всё ещё висели зеленые флаги, баррикада вначале улицы была почти нетронута. Роксана смотрела на офицера и буквально видела, как он облегченно выдыхает. Ждал он явно гораздо худшего.
До дома добрались, когда уже стемнело. Кристалловые фонари на улицах почти не источали света, не добрав дневного солнца из-за густого смога. В небольшом двухэтажном особняке горел теплом только одно окно.
– Всемогущие Создатели! Господин Амрис, вы живы! – из боковой комнаты вылетел немолодой взъерошенный слуга, как только скрипнула входная створка, – Я тут чуть с ума не сошел. Да вы еле на ногах стоите!
– Хватит причитать. Помоги! – указал хозяин дома на повозку у кованной калитки, – Возьми кучера и отнесите сержанта в дальнюю комнату на втором этаже. Аккуратно! Там есть кушетка, – Ал подозвал к себе ребенка, – можешь спать на ней. Альберт, где отец?
– Он прислал записку что останется в опорном пункте вместе с господином Нолледом.
– Хорошо. – маг земли сделал шаг на ступень второго этажа и вцепился в перила, ощущая, как подкашиваются ноги.
– Хватит. – поддержала его за локоть Тень, – Дальше я сама. А ты идешь спать.
Ал согласился и, отдав слуге последние распоряжения, скрылся в своей комнате.
– Отдай девушке комнату моей матери. – приказал он напоследок Альберту, – Можешь пользоваться её вещами, Рея. В шкафу есть чистая одежда.
Комната оказалась небольшой, но светлой и идеально чистой. По центру стояла большая мягкая кровать с двумя подушками, на окнах висели красивые белые занавески. Туалетный столик был заставлен разными флакончиками, а шкаф ломился от платьев.
– А где хозяйка? – поинтересовалась гостья у Альберта, когда, устроив Эдана и Леона, тот проводил её внутрь, – Она жива?
– Госпожа не живет здесь много лет, уехала в Альден. Они в разводе с господином, но поддерживают хорошие отношения.
– А вы? Давно служите в доме? Есть ещё слуги?
Лишние глаза Роксане были ни к чему.
– Я здесь один последние лет десять, госпожа. Слуг больше нет. Обращайтесь ко мне, если что-то понадобится.
Тень кивнула и закрыла за слугой дверь. По привычке подперла её стулом. Села на кровать. Здесь было тихо, она была одна. Даже не верилось, что можно расслабиться. Хотя бы не на долго. На плечи сразу навалилась усталость, всё тело налилось свинцом. Не было сил даже помыться. Роксана вытащила из шкафа первую попавшуюся ночную рубашку и завалилась спать, даже не расправив постель. Отключилась мгновенно.
Уже потом, поздно ночью, сквозь сон она слышала, как в дом вернулся отец Ала. Он зашел в комнату сына, и они о чем-то говорили. Но Тень не встала. Даже не открыла глаза. Просто завернулась в одеяло с головой, не сумев додумать ни одной мысли.
Проснулась дочь Кано рано утром от резкого звука хлопнувшей входной двери. Подскочила с кровати и несколько минут вслушивалась в доносящиеся с первого этажа негромкие шаги. Из комнат больше так никто и не вышел, и Роксана сама решила разузнать, что происходит. Неслышно скользнула по коридору, коснулась босыми ногами ступеней и… так и застыла посреди лестничного пролета. Внизу стоял человек. В окровавленной разодранной рубахе и с наспех забинтованным лицом. Из-под лоскутов ткани выбивались светлые вихры, звук неровного дыхания шуршал в прохладном застывшем воздухе.
Несколько медленных усталых шагов и человек взлетел по лестнице ей навстречу. Тень даже дернуться не успела, как на её спину легли две тяжелых руки.
– Живая… – оголенную кожу плеча обожгло горячим дыханием.
Почему-то из глаз хлынули слезы, что-то внутри задрожало, защемило. Руки потянулись сами. Сначала её пальцы едва коснулись Ларса, а потом и вовсе вцепились в него. Она просто стояла, молча, уткнувшись в его шею. И не могла выдавить из себя ни слова. Она была так рада его видеть. Живым, а не среди той груды незнакомых мертвых тел. Теплая волна облегчения прокатилась по телу. Секунду спустя с головой накрыла и ледяная волна стыда. Захотелось провалиться сквозь землю.