Сестра часто становилась отстраненной и безразличной. С тем количеством крови, что было на ее руках, закрываться от чувств было абсолютно нормальным, капитан это понимал. Но, все равно, каждый раз, глядя Роксане в глаза, он боялся увидеть в них пустоту. Что все эмоции, которые она в себе подавляла годами, желания, мечты, надежды однажды исчезнут, и от сестры останется ходячий труп.
Он силой лез к ней в голову, тормошил, вытаскивал наружу все ее переживания, слушал истерики и вытирал слезы. Она от этого жутко бесилась, но по крайней мере оставалась живой. Теодор заставлял сестру говорить с ним обо всем, даже если очень не хотелось. Он и сам выливал на нее свои чувства, в попытках не захлебнуться от отчаяния. И она их принимала. Все. Что бы ни случилось. Всегда подставляла свое хрупкое плечо и прикрывала спину.
И сейчас, поворачивая ключ в замке входной двери, он надеялся застать ее дома.
Но дома не было никого. Лишь тишина и одиночество.
***
Роксана мягко толкнула дверь и вошла в таверну. Сегодня вечером людей здесь было больше, чем обычно. Один свободный столик и тот в углу. В прочем, не такое уж и плохое место, через плечо заглядывать никто не будет. В зале стоял гомон, девчушки в белых передниках носились между столами, гремя посудой. Хозяйка таверны едва успевала наполнять кружки пивом. В «Черного кота» Тень заглядывала частенько, здесь ее все знали. Заметив гостью, хозяйка махнула рукой помощнице и уже через несколько секунд на столик в углу опустилась кружка пенного.
– За счет заведения! Гостей сегодня многовато, госпожу придется немножко подождать.
За дармовое пиво можно было и подождать, да. Холодненькое, с небольшой горечью, как раз то, что надо теплым душным вечером. Заправив за ухо непослушный локон черных волос и облокотившись на спинку стула, девушка закрыла глаза и прислушалась. За соседним столиком шел любопытный разговор:
– Сижу я вчера значит в «Золотом кувшине», никого не трогаю. Тут заходят два мужика, с виду приличные, хорошо одетые, сразу видно при деньгах. Выпили они по паре кружек крепкого и давай орать. Вы, говорят, «пустые», все равно, что пыль под ногами. Сидеть с вами в одной таверне противно, аж фу. Выметайтесь, говорят, отсюда, в канаву какую-нибудь. Я, конечно, опешил, но промолчал. Гляжу, а за соседним столиком мужик аж побагровел, видать задело его сильно. Ну, уж если природа магией его обделила, то кулаками точно нет. Руки у него, конечно, здоровенные были. Он как вмазал одному, тот аж вместе со стулом перекатился, даже ничего сделать не успел. А второй вот, магом земли оказался. Он даже думать не стал, как топнул, так весь «кувшин» зашатался. Перепугались все, что щас развалится. Девки визжать начали, гости под столы полезли. Стража, слава Создателям, быстро прибежала, скрутили всех троих.
-Ого! «Кувшин то цел»? Маги нынче отчаянные пошли. Сила есть – ума не надо. Что ж теперь будет с ними?
– Да не нынче, всегда так было. Что будет, что будет…рукастого подержат, да отпустят. Крикливого тоже, после воспитательной беседы. Глядишь и штраф влепят за разжигание вражды между одаренными и «пустыми». А вот маг земли попал, наверняка под суд пойдет за использование опасной магии в городе. Это уже не шутки, могло много людей пострадать.
– Да, с этим нужно как-то осторожней. Ты сам-то как, ни разу не нарушал?
– Куда уж мне. Я от своего огня разве что чайник подогрею. Сказать даже стыдно. Хотел бы я быть сильнее…
-– Ты, друг, поосторожней с такими желаниями. Сейчас всех, кто одарен чуть больше нас, на карандаше держат. Чуть что, сразу в армию запишут. И будешь бегать где-нибудь в поле, помогать солдатам сапоги сушить, в лучшем случае. А то и с горящим мечом в первых рядах на имперских солдат попрешь. Оно тебе надо?
– Да никому это уже не надо. Войной все уже сыты по горло.
– Вот-вот!
И правда «по горло». Вот только трепаться об этом в людных местах все-таки не стоило. Мало ли кто услышит. Или донесет. Тут можно и за оскорбление власти схлопотать и пойти тюремные выгребные ямы чистить. Сначала вы чистите дерьмо сами, потом из вас выбивают его остатки надзиратели. Отличная схема, работает во все времена. Почти так же эффективно, как промывание мозгов на рабочих местах и за скамьями академии.