– Как думаешь, девонька, каким самым главным качеством должен обладать сотрудник тайной канцелярии? – ответа Тиссен ждать не стал, продолжил, – Умением отличить истину от лжи. Врут абсолютно все. Кто-то чтобы спасти свою шкуру, кто-то чтобы выгородить сообщников или оклеветать врагов. Многие даже верят в то, что говорят, и для них самих их доводы выглядят вполне правдиво. Правда может быть у каждого своя. У меня, у тебя, у Деона Тарга. А истина всегда одна. И сейчас она в том, что Селина Шорвек не могла провернуть такое дело в одиночку. И судя по тому, что я вижу, даже идея была не твоя. Последний раз тебя спрашиваю по-хорошему. Кто тебе помогал?
– Меня все равно повесят… зачем тащить кого-то с собой…
– Повесят, будь уверена! Но сначала признают врагом Алого Ордена. Знаешь, как поступают с врагами Ордена? – тут уже белый решил сыграть на неведении пленницы. Про визит Камиллы в родительский дом, Селине сообщать даже не собирались, – Казнят всю семью. Даже детей. В назидание остальным.
– Но они же не виноваты! – в слезах выпалила девушка, – Моя семья ничего не знала!
– Это не имеет значения. Таков закон. Но, если ты расскажешь, кто тебе помогал, возможно, тебя признают просто соучастницей. И твою семью не тронут. Так или иначе, вопрос не в том, потащишь ли ты кого-то за собой или нет. Вопрос в том, кого именно. Так что, послать мне за твоей семьей?
– Не надо. – обреченно шмыгнула носом Селина, – Я расскажу. Только не трогайте их.
Тиссен одобрительно кивнул и закурил трубку. Камера наполнилась сладковатым ароматом дорогого табака.
– Про арест господина Деона мне рассказала Агата, хозяйка таверны «Черный кот». Она мне дала письмо, корзинку с печеньем и сказала, что делать.
– Флорин! – главный законник позвал одного из дежуривших в коридоре подчиненных, – Ты слышал? Бери людей и переверни мне эту таверну. Всех работников под стражу, без исключения. Живее!
– Так точно! – заглянувший в камеру белобрысый офицер отдал честь и удалился почти бегом.
– В «Красный тюльпан» тоже она тебя отправила? – продолжил Тиссен, обжигая взглядом Селину.
– Да. Она сказала найти мадам Марту и отдать ей деньги, чтобы меня вывезли из города. Когда я пришла в бордель, Марта забрала часть денег и налила мне воды. Потом… я проснулась уже в повозке за городом. Мы ехали в сторону Тириса.
– Зачем хозяйке какой-то там таверны убивать сына Магистра? – озвучил законник самый важный вопрос. Ответ он на него, конечно, не получил, но услышал кое-что другое.
– Она из Сопротивления. – сделав над собой усилие произнесла девушка.
– Что ещё за Сопротивление? – повысил голос Тиссен, резко дернув головой, чем ещё больше напугал пленницу, – Кто их лидер? Какова их цель?
– Я не знаю, я ничего не знаю. – закрылась руками Селина, будто бы её собирались бить, – Мне не говорили, честное слово! Я знаю только Агату. Она сказала, что если я буду помогать Сопротивлению, то смогу отомстить Деону и получить свободу. Я должна была!
– Час от часу не легче… – вздохнул законник, вытряхивая табак прямо на пол.
Дальнейшая беседа результатов не принесла. Селина не сказала больше ничего полезного. Вероятно, и правда, не знала. Она определенно была лишь пешкой в руках Сопротивления. И скорее всего не одна она. Что это за Сопротивление и чего оно хочет было решительно не ясно, но щупальца этого гада могли простираться очень далеко. Крайне ограниченный круг людей знал, что сына магистра держат в Диамантовой крепости. И что его посещает мать. Хотя за Каей проследить было не сложно. Но всё же… Что им известно ещё? Сколько их? И какого демона они всплыли только сейчас?! Вопросов было много. А зацепки всего лишь две. Хозяйку «Черного кота» упускать было категорически нельзя. Да и с этим борделем было не все так просто. Покушение, конечно, не удалось, но интуиция говорила Ронвальду Тиссену, что это только начало. А своей интуиции начальник тайной канцелярии привык доверять всегда.
Илай в кабинете начальника появился часа через два, и видок у него был, мягко говоря, помятый. Белый мундир уже не сиял ни чистотой, ни порядком. На рукавах красовались грязные пятна, а лицо выражало усталость и раздражение.
– Ты бы хоть переоделся. – не удержался главный законник, взглянув на подчиненного, – Водички вон попей, – Тиссен указал на стоящий на комоде графин, – Смотреть на тебя тошно.
Опустошив почти залпом два стакана, Илай не стесняясь вытер рот рукавом.
– Хотел побыстрей доложиться. – белый офицер провел холодной ладонью по лицу и расстегнул верхнюю пуговицу на камзоле. Сегодня ему было не до приличий.