Наверху снова что-то грохнуло. Алые переворачивали дом, забирая все, что можно было унести на себе. Хлопали дверцы шкафов, падали на пол вещи.
– Погоди-ка, Морик, а это что? – над головой снова раздались шаги.
– Где, не вижу?
– Да прямо под этой тварью. Отодвинь-ка её.
Послышался шорох. Бездыханное тело Нисы стащили в сторону прямо на половике. Теодор, даже не думая, задвинул сестру себе за спину. Он был похож на загнанного зверя и был готов кусаться до конца.
– Диши. – прошептал он сам себе и сделал несколько глубоких вдохов. Закрыл глаза, сложил ладони. Воздушные потоки потянулись к его рукам.
Дернулась и отлетела в сторону дверца в потолке, Роксана вжалась спиной в мешок яблок. По лестнице стали спускаться грязные окровавленные сапоги. Затем показалась грудь, плечи и черно-красная маска вместо лица.
– А вот и щеночки! – злорадно процедил сквозь зубы алый, вглядываясь в силуэты в темноте подвала.
Рассмотреть детей он не успел. С пальцев Теодора сорвался воздушный вихрь, пролетев пару метров, он угодил солдату прямо в грудь, приложив его ребрами к ступенькам. Но сил и опыта у Тео не хватало. Враг быстро поднялся.
– Ах ты гадёныш! – заорал он и бросился вниз на мальчишку.
Стиснув зубы, парень выставил вперед отцовский нож, но не успев им воспользоваться получил здоровым кулаком по голове и отлетел к стене, словно мешок с соломой.
– Неет! – завопила Роксана, бросившись к брату.
Но крепкая рука алого схватила её за грудки и вдавила в деревянный столб.
– Отпусти меня! – кричала она, вырываясь и пинаясь, – Тео!
Тонкие пальцы вцепились в маску врага, оголяя его изрытое оспинами лицо.
– Угомонись, соплячка, пока не прибил! – солдат ордена еще раз с силой приложил девчонку спиной о столб.
Тень закашлялась и подняла полные ужаса глаза на врага. Было так страшно. Сердце выпрыгивало из груди. Она не могла ничего сделать.
«Это конец? Я умру? Я не хочу! Не хочу умирать!».
Как ни странно, жизнь не пронеслась перед глазами. Ни одного воспоминания, ни одного знакомого лица. Она видела перед собой только хищный оскал и налитые злобой глаза державшего её ублюдка. И желала ему смерти. Так отчаянно, как только могла. Мгновения тянулись бесконечно долго. Кулак алого все больнее давил на грудь, а в голове надрывно звучало лишь одно: «Сдохни!».
Внезапно враг замер, ослабив хватку. Он медленно затряс головой, заморгал, в глазах полопались сосуды. Из его носа побежала струйка горячей крови, капая прямо на рукав. Недоуменный взгляд уперся в девочку. Из её носа тоже хлестала кровь, стекая по подбородку.
В ушах жутко звенело, желудок был готов вывернуться на изнанку. Но вдруг, перед глазами мелькнуло лезвие. Острая сталь охотничьего ножа впилась уроду в шею, и он рухнул на пол.
– Ксана, беги! – заорал Теодор.
Освободившись, из последних сил Тень бросилась вверх по ступеням. Но не тут-то было. Как только она выбралась из подвала, чья-то рука схватила её волосы, протащила по кухне и швырнула в сторону. Прямо в объятья очередного красного плаща. Солдат здесь было уже пятеро. Острый край кинжала коснулся горла.
– Вылезай, крысёныш! – крикнул тот, что секунду назад держал её за волосы, – Брось нож и давай без фокусов. Или мы перережем девчонке глотку.
Деваться было некуда. Пошатываясь и упираясь в ступени руками, Теодор вылез наружу. У него была разбита бровь, правый глаз заливало кровью. Парня сразу же схватили за шкирку и поставили на колени. И тут он увидел мать.
Ниса лежала совсем рядом и смотрела на своих детей открытыми мертвыми глазами. Под её телом растекалась липкая красная лужа. Роксана плакала. Брат не сдержался и закричал, зарычал, хотел броситься к матери, но его держали.
– Не дергайся! – ткнул его с силой под ребра старший офицер.
– Да он же бешеный! Вон Сальвина прикончил. Может его того? – провел большим пальцем по горлу один из солдат.
– Сальвин сам виноват, раз проиграл какому-то сопляку. – не моргнув и глазом, ответил старший, – Парнишка маг, Магистру такие нужны. Забираем обоих! Халфорд, найди теплые вещи! Эти двое того и гляди окочурятся по дороге.
– Одевайся! – в Теодора швырнули два камзола и сапоги, – И девчонку одень, – Тень толкнули вперед, – И только попробуй что-нибудь выкинуть, пацан.
С трудом одевшись, брат начал застегивать пуговицы на сестре. Его руки дрожали, пальцы не слушались. Было отчетливо слышно, как отбивают мелкую чечетку его зубы. Роксана почти не шевелилась, лишь изредка всхлипывала. Ноги то и дело начинали подкашиваться, в ушах все ещё звенело.
На запястьях затянулись веревки.
– Шагайте! – офицер пинком распахнул входную дверь. Подуло холодом.