Выбрать главу

Он пожал плечами:

- Поступайте как знаете.

Его слова меня насторожили.

- Там что-нибудь не так?

- По-моему, там все в порядке. Довольно недорого, но без бассейна. Выбирайте сами, где вам остановиться.

Лишь теперь я понял, что мне знакомо это имя. Я был почти уверен, что это она. Подхватив свой багаж, я вышел на шоссе и угадал. Она стояла у старого фургона и доставала из сумочки деньги.

Я подошел к ней и поставил чемоданы на землю:

- Миссис Лэнгстон?

Она обернулась и слегка улыбнулась мне:

- Привет. - И тут я понял, что так поразило меня в ее лице, когда я увидел ее впервые. Она выглядела уставшей. Вот и все. У нее было худое и довольно приятное лицо, с правильными чертами, но в глубине красивых серых глаз таилась безграничная усталость.

- Мне сказали, что вы держите мотель.

- Все верно, - кивнула она.

- Не захватите меня с собой, если у вас есть места?

- Конечно. Поставьте сумки на заднее сиденье.

Мы выехали на главную улицу и покатили через город. Я надеялся, что если Фрэнки все еще где-то в городе, то мы успеем заметить его и загоним фургон в укрытие.

- Когда будет готова ваша машина? - спросила она, когда мы остановились на светофоре.

- Послезавтра, - ответил я. - Кстати, я хочу еще раз сказать вам спасибо.

- На здоровье, - ответила она. Загорелся зеленый, и мы тронулись.

Я повернулся и посмотрел на нее. У нее были темно-каштановые волосы до плеч и хороший цвет лица.

Кроме следов помады на губах - никакой косметики.

Красивой формы рот. Из-за высоких выступающих скул казалось, что у нее впалые щеки. Это было лицо зрелой женщины, в нем чувствовалась сила. Два кольца на руке - обручальное и свадебное - выглядели очень дорогими, и остальная ее экипировка совершенно с ними не сочеталась. Она была одета в дешевое платье из магазина готовой одежды. На красивых и длинных ногах - старые, стоптанные сандалии.

Справа, сразу за городской чертой, я увидел мотель “Спэниш Мейн”. Вдоль фасада тянулся огромный бассейн, вокруг которого теснились разноцветные зонтики. Сверкавшая под белым раскаленным солнцем вода казалась голубой и прохладной, и я вспомнил, что в “Магнолия-Лодж” бассейна нет. “Вот черт”, - мрачно подумал я. Ладно, по крайней мере, меня не пытались надуть. К тому же хозяйка мотеля - очень красивая женщина.

“Магнолия-Лодж” находился на левой стороне дороги, примерно четвертью мили дальше. Когда мы свернули к нему с шоссе, я понял, что имел в виду парень из гаража, когда сказал, что здесь “недорого”: во всем здесь ощущалась запущенность, отчего создавалось впечатление, что мотель так и не был достроен до конца. Корпус на двенадцать или пятнадцать номеров представлял собой стандартный блок в виде буквы “П”, обращенный открытой стороной к шоссе.

Само кирпичное здание, крытое черепицей, казалось солидным и не слишком обветшалым, но явно нуждалось в покраске. Трава вокруг него выцвела и под палящим полуденным солнцем выглядела невзрачно.

В средней части двора и вдоль шоссе - что-то похожее на газон, но коричневого цвета и покрытое пылью. Белый гравий дорожки рассыпался, и местами сквозь него проросли пучки сорняков. Я удивился, как ее муж допустил, чтобы все пришло в такое состояние.

Машина остановилась перед входом в офис. Я взял с заднего сиденья две сумки с продуктами и вслед за миссис Лэнгстон вошел внутрь.

В маленькой прихожей царила прохлада и приятный полумрак - глухие венецианские ставни создавали надежную преграду жгучим солнечным лучам. На вощеном полу, выложенном темно-синими плитками, лежали плетеные половички и стояли бамбуковые кресла с черными и оранжевыми подушками. В углу комнаты - телевизор, перед диваном - длинный кофейный бамбуковый столик со стеклянной столешницей, на котором валялась кипа журналов. На столе у стены я заметил модель корабля. Она была около трех футов в длину и поражала тщательностью отделки. Напротив двери была установлена конторка, а в конце ее - маленький телефонный коммутатор и стойка с ячейками для ключей. Сразу за конторкой виднелась занавешенная дверь, за которой, очевидно, находились комнаты хозяев. Где-то в глубине работал пылесос.

Я сложил покупки на конторку. “Джози”, - позвала она, и пылесос умолк. Из-за занавески появилась мощная темнокожая девица в белом фартуке. У нее было круглое добродушное лицо и большой рот, который она накрасила помадой неестественного, почти фиолетового цвета.

Миссис Лэнгстон положила передо мной регистрационную карточку и кивнула на сумки:

- Захвати это на кухню, Джози.

- Хорошо, мэм. - Девица взяла сумки и повернулась к выходу.

- Водопроводчик не звонил? - спросила миссис Лэнгстон.

Я снял колпачок с ручки и склонился над карточкой, снова - в который раз за последние дни - спрашивая себя, почему я все еще указываю свой адрес в Сан-Франциско. Впрочем, нужно же что-то написать, а этот адрес, по крайней мере, соответствует моим номерам на машине.

- Нет, мэм, - ответила Джози. - Телефон звонил несколько раз, но я думаю, что ошиблись номером. Когда я подходила, там промолчали, а потом повесили трубку. - И она вышла.

Я случайно поднял глаза. Лицо миссис Лэнгстон странно застыло, молочно-белая кожа побледнела еще больше, и у меня сложилось впечатление, что ей с трудом удается сохранять самообладание. Она смотрела куда-то вдаль отсутствующим взглядом.

- Что-нибудь случилось? - спросил я.

Она ахнула от неожиданности, потом покачала головой и заставила себя улыбнуться:

- Нет, все в порядке. Просто устала от жары.

Взяв в руки мою карточку, она бегло взглянула на нее:

- Сан-Франциско? А как вы переносите жару, мистер Чатхэм?

- Так, значит, вы там бывали?

Она кивнула:

- Один раз, в августе. У меня были с собой только летние вещи, и я чуть не замерзла. Но город мне понравился, мне он показался просто сказочным. - Она подошла к конторке и взяла из ячейки ключ. - Возьмите, номер двенадцать.

- Лучше я сразу же расплачусь, - ответил я. - Сколько с меня?

В этот момент зазвонил телефон. Мне показалось, что миссис Лэнгстон испугалась. Она выпрямилась и застыла на месте, как будто ей в спину плеснули ледяной водой, и в ее глазах мелькнул страх. Телефон зазвонил вновь, издавая пронзительную трель. Она с усилием протянула руку и сняла трубку.

- “Магнолия-Лодж”, - чуть слышно произнесла она.

И сразу же побледнела, как будто с ее лица сошла вся краска. Она пошатнулась, и я перегнулся через стол, чтобы поддержать ее, - мне показалось, что женщина вот-вот упадет, но она опустилась на табурет, стоявший за стойкой. Попыталась положить трубку на рычаг, но не попала. Трубка осталась лежать на регистрационной книге, и я расслышал раздававшиеся из нее звуки. Миссис Лэнгстон закрыла лицо дрожащими руками.

Понимая, что лезу не в свое дело, я схватил трубку - сработал рефлекс, к тому же я примерно представлял, что услышу. И не ошибся.

Я услышал едва различимый шепот, - голос был наглый, порочный и напряженный, а те мерзости, которые он произносил, могли свести человека с ума.

Я обратил внимание на какие-то дополнительные звуки, какой-то фон. Через минуту поток нечистот иссяк и голос поинтересовался:

- Ты хорошо меня слышишь, дорогая? Скажи, тебе понравилось?

Я зажал рукой трубку и, перегнувшись через конторку, дотронулся до ее руки:

- Ответьте ему. - Я протянул ей трубку.

Она подняла голову, но только в ужасе уставилась на меня. Я потряс ее за плечо:

- Давайте, скажите что-нибудь. Все равно что.

Она кивнула, и я отнял руку от трубки.

- Почему? - закричала она. - Почему вы выбрали именно меня?

Я кивнул и взял трубку, чтобы услышать ответ. Тихий шелестящий смешок был омерзителен, как прикосновение к обнаженной коже выползшей из болотной тины гадины.

- Потому что мы знаем секрет, дорогая. Мы знаем, что это ты убила его, разве не правда?

Я нахмурился - в привычный сценарий это не вписывалось. Шепот возобновился:

- Мы все знаем, дорогая. И мне приятно думать, что мы с тобой… - И он повторил то, о чем ему так приятно было думать. Он производил впечатление человека с богатым воображением, которому не чужды самые отвратительные фантазии. Вдруг я услышал, что в шепот вновь вклиниваются какие-то посторонние звуки, какой-то шумовой фон, и в ту же секунду связь прервалась. Видимо, он повесил трубку, но, судя по всему, сделал это недостаточно быстро.