- Они создали зону, где реальность не может оставлять следов, - пояснил Вейл, и в его голосе прозвучала тревога, которую он давно не испытывал. - Где ничего не запоминается. Где события происходят, но не оставляют отпечатка в ткани бытия. Это… хуже, чем просто уничтожение. Это отрицание самого факта существования.
В зале воцарилась тягостная пауза.
- Зачем им это? - наконец спросил Грей.
- Для экспериментов, которые нельзя отследить, - предположила Элиона. - Для встреч, которые не должны быть запомнены. Или… для чего-то, что они хотят вырастить в абсолютной изоляции от любых внешних влияний. Что-то, что не должно иметь прошлого, чтобы обрести нужное им будущее.
Вейл кивнул, его лицо было мрачным.
- Мы должны проверить это. И быстро. Пока то, что они там выращивают, не стало достаточно сильным, чтобы выйти наружу.
- Хорошо, - Грей принял решение. - Готовьте операцию. Водохранилище - приоритет. Но действуйте с максимальной осторожностью. Если Вейл прав, это место может быть опаснее фабрики. Вы не сможете положиться на свою память или восприятие внутри.
- На мне нельзя полагаться в обычном смысле и снаружи, - сухо заметил Вейл. - Но моя тишина… она может стать якорем. Против них я могу удерживать реальность.
- Тогда это ваша работа, - Грей посмотрел на него прямо. - Удержать реальность, пока Вантар и команда соберут улики и эвакуируют гражданских, если они там есть. Мы не знаем, что там внутри.
Вейл кивнул. Он чувствовал тяжесть этой задачи. На фабрике он имел дело с активной силой, которую можно было перенаправить. Здесь же ему предстояло столкнуться с пассивным, всепоглощающим ничто. Бороться с отсутствием было куда сложнее, чем с присутствием.
Они с Элионой вышли из оперативного зала, направляясь к своим казенкам, чтобы подготовиться к новой вылазке.
- Ты уверен, что справишься? - тихо спросила Элиона, когда они остались одни в лифте.
- Нет, - честно ответил Вейл. - Но у меня нет выбора. Если я не справлюсь, то, что они там создают, вырвется на свободу. И последствия будут необратимыми.
- Тогда я буду рядом, - она положила свою руку на его. Ее прикосновение было теплым, живым, настоящим. Якорем в море метафизических ужасов, что его окружали. - Чтобы напоминать тебе, что есть вещи, которые стоит защищать. Не абстрактную реальность. А вот это. - Она сжала его пальцы.
Вейл посмотрел на их сплетенные руки, и в его остывшую, наполненную тишиной душу пробился слабый луч тепла. Он не был один. И в этой мысли была сила, возможно, большая, чем во всей его мощи Хранителя.
- Спасибо, - сказал он, и это было больше, чем просто вежливость. Это было признание.
Лифт остановился, двери открылись. Впереди их ждала подготовка, а затем - погружение в самое сердце искусственно созданного небытия. Но теперь Вейл знал, что у него есть нечто, за что можно держаться. Не только долг, но и простая, человеческая связь. И это делало предстоящую битву чуть менее пугающей.
Он вышел из лифта, и его шаги, как всегда, были беззвучными, но теперь в них чувствовалась не отстраненность, а твердая решимость. Он был Хранителем. И он будет хранить не только реальность, но и те хрупкие, настоящие вещи, что делали ее.
Подземное водохранилище, носившее название «Резервуар №7», значилось в городских архивах как выведенное из эксплуатации еще двадцать лет назад из-за «нестабильности геологических пород». Официально. Неофициально, сканы «Полуроты» показывали, что подземные толчки в этом районе имели неестественную, направленную природу. Кто-то целенаправленно вызывал микроземлятрясения, чтобы отпугнуть любопытных.
Подъехали они на рассвете, под прикрытием густого, промышленного тумана, поднимавшегося от реки. Само здание водохранилища было низким, приземистым, сложенным из грубого гранита, поросшего мхом. Гигантские заржавевшие задвижки на входе были заклинены в полуоткрытом положении, из-под них сочилась мутная вода, образуя зловонное болотце. Никаких признаков активности.
Но Вейл чувствовал это еще на подъезде. Не звук, не вибрацию. Отсутствие. Даже туман, густой и влажный, казалось, обтекал невидимый купол, накрывавший территорию резервуара. Птицы не пели. Ветви близлежащих деревьев не шевелились. Мир замирал, приближаясь к этой границе.
Группа была минимальной: Вейл, Элиона и двое ликвидаторов из отряда «Призрак» - специалисты по работе в аномальных зонах. Звали их Морган и Сайлас. Оба в легкой, не стесняющей движений броне, с капюшонами, скрывающими лица. Их оружие было настроено на максимально тихий режим работы.
- Периметр чист, - доложил Морган, проверяя показания портативного сенсора. - Ни тепловых следов, ни энергетических выбросов. Абсолютный ноль. Даже фоновая радиация ниже нормы.