Он открыл глаза, и в них отразилось внезапное озарение.
- Склейка. Точка, где слои реальности тоньше всего. Где можно… заглянуть под обложку. Где можно внести правки.
Грей нахмурился. - Такие места - величайшая редкость. Аномалии, которые «Полурота» столетиями охраняет и изолирует.
- Или создает искусственно, - вступила Элиона. Ее аналитический ум уже работал на опережение. - Фабрика собирала боль. Резервуар стирал память. Обсерватория вычисляла вероятности. Это не просто узлы сети. Это… компоненты. Ингредиенты для ритуала. Им нужно было накопить достаточно энергии, достаточно «сырья» - очищенной от хаоса психической материи - чтобы сделать этот «разрез» в реальности.
- И «Башни Акадии»… - продолжил Вейл, - это не просто штаб-квартира. Это место силы. Место, которое они подготовили. Платформа для ритуала. Игла, которой они собираются проткнуть ткань бытия.
В зале повисла тяжелая пауза. Осознание истинных масштабов замысла «Архитекторов» было ошеломляющим.
- Мы не можем позволить им это сделать, - тихо сказала Элиона. - Даже урезанная версия… последствия будут необратимы.
- Штурм исключен, - констатировал Грей. - «Башни» - это крепость. У них есть не только собственная охрана, но и политическое прикрытие на самом высоком уровне. Любое открытое нападение «Полуроты» будет расценено как мятеж. Империя не потерпит вооруженного столкновения между своими же институтами на улицах столицы.
- Тогда нам нужен не штурм, - сказал Вейл. Его взгляд блуждал по голограмме элитного комплекса, но он видел не здание, а течь, зияющую рану, которую они собирались нанести вселенной. - Нам нужен… редактор. Кто-то, кто войдет внутрь и внесет свои правки. Раньше них.
Все смотрели на него.
- Я не могу сделать это один, - продолжал он. - Мой дар… он связан с памятью, с прошлым. А им нужно изменить будущее. Импульс, вектор. Мне нужен… противовес.
Его взгляд упал на Элиону.
- Тебе, - прошептал он. - Ты - скептик. Ты веришь в факты, в причинно-следственные связи. Твоя реальность строится на логике, пусть и иной, чем у них. Ты - якорь в настоящем. Пока я буду пытаться оспорить их правки в прошлом, ты должна удерживать линию настоящего. Не дать ей порваться.
Элиона побледнела. - Артаниус, я… я не маг. У меня нет дара.
- Твой дар - твоя воля, - возразил Вейл. - Твое нежелание принимать нелогичное. В мире, который они пытаются создать, нет места для следователя, ищущего правду. Твое существование - уже вызов их системе. Ты - живое воплощение хаоса, в котором есть свой порядок.
Он подошел к ней ближе, его глаза горели странной смесью отчаяния и надежды.
- Я не прошу тебя стать тем, кем ты не являешься. Я прошу тебя быть собой. Сомневаться. Сопротивляться. Требовать доказательств. И когда они попытаются стереть саму возможность вопроса, ты должна будете задать его снова. Громче.
Элиона смотрела на него, и в ее глазах боролись страх и решимость. Она вспоминала фабрику, резервуар, обсерваторию. Она видела, как рушились стены ее рационального мира, уступая место кошмару и чуду. И она понимала - отступить сейчас значило предать не только его, но и саму себя. Свое право искать истину, какой бы ужасной она ни была.
- Хорошо, - выдохнула она. - Я буду твоим якорем.
Грей наблюдал за этим молчаливым диалогом, и на его суровом лице появилось нечто, отдаленно напоминающее одобрение.
- План? - спросил он коротко.
- Они ждут штурма, - сказал Вейл. - Или скрытого проникновения. Они укрепляют физические и метафизические барьеры. Так что мы пойдем другим путем. Мы пойдем как гости.
- У меня кончились фиктивные ордера, - сухо заметила Элиона.
- Он не о фиктивных ордерах, - покачал головой Грей, и в его глазах мелькнула тень понимания. - Он о приглашении.
Вейл кивнул. - Они знают, что я Хранитель. Знают, что я представляю угрозу. Но они также прагматики. Они просчитают вариант, что я могу… договориться. Что, видя их мощь, я предпочту присоединиться к сильнейшей стороне. Они примут меня. Чтобы попытаться обратить в свою веру. Или чтобы убить, когда я окажусь в ловушке. В любом случае, они откроют дверь.
- Это безумие, - прошептала Элиона. - Это самоубийство.
- Это единственный ход, который они не просчитают до конца, - возразил Вейл. - Потому что их логика не допускает, что кто-то добровольно пойдет в пасть к волку, не имея плана по его уничтожению изнутри. Они не понимают жертвенности. Они понимают только сделки.
Он посмотрел на Грея.
- Мне нужен канал. Один. Открытый. Чтобы вы могли слышать все. И… кое-что из арсенала. Артефакт под кодовым названием «Эхо».