— Твоё тело предаёт тебя, Айлин, — бормочет он, полный запретного желания, скользя по моему бедру.
Итан наклоняется вперёд, его рот чуть приоткрывается, но, тем не менее, он не целует меня. Он остаётся там, его руки лежат прямо над тем местом, где моё тело реагирует наиболее чувствительно, как будто он разжёг пламя, которое я не в силах потушить.
Это похоже на ад, пылающий внутри меня, неумолимый и подавляющий, и я ненавижу то, как сильно он поглощает меня. Каждый миллиметр меня кричит о том, чтобы сопротивляться ему, вырваться на свободу, хотя огонь, который он разжёг во мне, вытесняет всё остальное.
Затем он продолжает спускаться, скользит в мои трусики, я замираю, а он преодолевает последнее расстояние. Подушечка его пальца прижимается к моему клитору и начинает тереть его.
Это грубо и дерзко, как раз то, что мне нужно. Моя голова ложится на его шею, и я подавляю стон. Это не должно быть так хорошо.
— Твоя киска уже мокрая для меня, Златовласка.
Нет, так не должно быть.
Хотя я ненавижу этого мужчину передо мной, я не могу отрицать, что он тоже привлекает меня. Этот сукин сын наблюдает за мной, видит каждое движение на моём лице, что даёт ему повод продолжать свои движения. Его глаза холодны и расчётливы, в то же время в них есть и это тёмное желание, висящее в воздухе, осязаемое и страстное.
Он становится быстрее и грубее. Его другая рука находит мою шею и слегка сжимает.
— Ты хочешь этого, не так ли? — Его единственное требование — моя капитуляция. Мой ответ его совершенно не интересует, потому что, не задумываясь, он сует в меня палец и начинает трахать меня им.
— Я мог бы заполучить тебя прямо сейчас, трахнуть тебя здесь и сейчас, и да, я хочу разорвать тебя на части. — Мои губы слегка приоткрываются, но с них не срывается ни звука. Его рот остаётся таким близким, таким соблазнительным, и я почти ненавижу себя за то желание, которое поднимается во мне.
Он тоже это чувствует, я это знаю. Итан видит это — разрыв, бушующий между ненавистью и желанием.
— Ответь мне, как ты себя чувствуешь, — шёпотом просит он меня. — Каково это — быть полностью в моей власти?
ГЛАВА 1
«Я снова поймаю тебя, Златовласка.»
АЙЛИН
За 2 недели до этого:
Этот ублюдок заталкивает меня в припаркованную машину и насмешливо ухмыляется мне.
— Увидимся позже, Златовласка. Я уже не могу дождаться этого.
Больше всего меня беспокоит то, что он собираетесь со мной делать. Я не выйду из этого дела живой, и всё из-за моего так называемого, любимого мужа.
Итан серьёзен, он доказал мне это.
Он хотел отрезать мне язык, если я не дам ему ответов. В конечном итоге я вывалила ему информацию. Мне было всё равно, если весь мир узнает о проблемах здоровья Гарри Андерсона.
Дверь захлопывается за мной, и я как бы устраиваюсь поудобнее. Мои руки связаны передо мной, шероховатая поверхность сиденья неприятно трётся о мои руки. Парень впереди даже не смотрит на меня, пока заводит двигатель и трогается с места. Его лицо мне незнакомо, впрочем, это не имеет значения. Я понимаю, куда он хочет меня отвезти, и этого ни в коем случае нельзя допускать.
Должен быть какой-то выход.
Мой разум мечется, и тут приходит неожиданная мысль.
Я ненадолго закрываю глаза, делаю глубокий вдох и позволяю своим конечностям расслабиться. После этого я начинаю задыхаться.
— Эй! — Кричу я в панике. — Я … Я не могу... дышать.
Театральным жестом я хватаю себя за шею.
Этот идиот сначала невозмутимо смотрит вперёд, но в следующий момент осознает серьёзность ситуации и нервно оборачивается.
— Что это значит?
Какой глупый вопрос.
В разыгравшейся борьбе за свою жизнь я задыхаюсь и корчусь.
— Воздух … Я... Пожалуйста... Помоги мне... — Тихо ругаясь, он неуверенно смотрит на проезжую часть перед собой. Его руки крепче сжимают руль, затем он принимает решение. Машина замедляет ход и останавливается. Когда придурок выйдет, я буду готова.
Дверь открывается, и в ту же секунду я захлопываю её.
Моя нога со всей силы ударяет его прямо в грудь, он отшатывается, кувыркается по дороге и падает. Это моя единственная возможность. В мгновение ока я выхожу из машины, сажусь за руль, полностью забираюсь на водительское сиденье со связанными руками и запираю дверь.
— Блядь! — Слышу я крик мужчины, но игнорирую его. В боковом зеркале я вижу, как он выпрямляется. Без колебаний я неуклюже включаю задний ход и выжимаю педаль газа.