Я отбрасываю эти мысли, прежде чем они успевают увлечь меня глубже в прошлое, и возвращаю своё внимание к пианино. Здесь нет места ни для музыки, ни для ошибок. Я здесь, чтобы выжить.
Начальник службы безопасности выводит меня из задумчивости.
— Территория находится под наблюдением, — коротко говорит он, его голос, как всегда, деловит.
— Хорошо, — отвечаю я. Не говоря ни слова, я прохожу мимо него по широкой лестнице в свой кабинет.
Механизмы наблюдения включены, и всё в порядке — по крайней мере, пока. Он не найдёт меня здесь в ближайшее время, и это даёт мне возможность перевести дух и всё обдумать.
Мои родители тоже чувствуют себя хорошо, так как я предоставила им больше персонала. Мой отец не одобрял этого, потому что считал, что его самого будет достаточно. Тем не менее, я смогла убедить его, объяснив ему, как было бы хорошо, если бы мама чувствовала себя немного более комфортно.
Я подхожу к окну и смотрю в сад. Свет снаружи отбрасывает длинные тени, которые тянутся по ухоженному газону и густым живым изгородям. Всё выглядит таким мирным, как будто ничто злое не может проникнуть сюда. Однако я знаю лучше. Итан уже нашёл меня однажды, и я не сомневаюсь, что он сделает это снова.
Измученная, я опускаюсь в кожаное кресло за своим столом и выключаю мониторы. На сегодня я больше не хочу видеть мерцание экранов.
Когда я откидываюсь на спинку кресла и позволяю тишине дома подействовать на меня, я думаю о Брайане, который чуть не поплатился жизнью. Этот сукин сын выстрелил в него просто так — в качестве предупреждения.
Мысль об этом сжимает мне горло. Брайан сильнее большинства, и всё же я видела боль, пока он пытался игнорировать рану. Слава богу, он больше не находится в смертельной опасности, это было близко, и пройдёт ещё некоторое время, прежде чем он снова встанет на ноги.
Как долго я смогу это терпеть? Одна часть меня хочет наслаждаться тишиной, но другая знает, что она обманчива.
Итан придёт, рано или поздно.
И я буду готова.
ГЛАВА 10
«Скажи мне, каково это — быть полностью в моей власти.»
АЙЛИН
Комната погружена в темноту. Моё тело кажется тяжёлым, словно пригвождённым к моей мягкой постели. Вчера я долго не могла проснуться, приняла ещё одну ванну и легла в постель. Всё вокруг меня кажется застывшим в глубокой, гнетущей тишине.
И тогда я слышу звук…
Фортепиано.
Сначала это всего лишь несколько мимолётных звуков, едва различимых. Мелодия становится чётче, энергичнее. Нежный, грустный звук, от которого у меня встают дыбом волосы на затылке проникает в воздух. Это так знакомо, так заманчиво, и на мгновение мне кажется, что это всего лишь сон. Тот, из моего детства, где тени прошлого настигают меня.
Пытаясь отвлечься от композиции, чтобы иметь возможность выбросить её из головы, я зажмуриваю глаза. Но ничего не меняется.
Звук настоящий.
Затаив дыхание, я осознаю, что кто-то находится в моём доме.
Моё сердце бешено колотится в груди, и я заставляю себя сохранять спокойствие. Кто бы там ни был, он знает, что делает. Звуки завораживают, действуют почти как гипноз. В этом музыкальном произведении слышится нечто зловещее. Присутствие, которое невозможно игнорировать, кажется слишком знакомым.
Мой разум в смятении. Действительно ли это возможно? Как он нашёл меня так быстро?
На пару дней я хотела обрести здесь душевное спокойствие, чтобы иметь возможность строить новые планы. Или мой разум играет со мной злую шутку?
Осознание пронзило меня, как острый нож. Оно было настолько сильным, что казалось абсолютно реальным. Как будто меня перенесли на много лет назад, и я снова маленькая девочка, которой приходилось часами учиться под пристальным наблюдением моего отца.
Каждая ошибка наказывалась ледяным молчанием, каждая неверная нота — как личное поражение. И потом, как всегда, меня хвалила только моя мама. Но в этой мелодии, которая сейчас звучит по всему моему дому, нет ничего от её мягкости. Она холодна, расчётлива, безупречна — как всегда хотел мой отец. Она не из моих воспоминаний, а настоящая.
Моё горло сжимается. Прохладный ночной воздух обжигает мою кожу, и я с трудом выбираюсь из-под мягких простыней. Я поспешно натягиваю шёлковый халат поверх нижнего белья. Мои мышцы напрягаются, и как только я встаю, боль пронизывает каждую клеточку из-за моих ран.
Звуки становятся всё более зловещими и драматичными, последовательность тонов соответствует настроению. Монстр, сидящий в гостиной, точно знает, что делает. Как будто он управляет тьмой с каждой нотой, как будто у него всё под контролем, включая мои нервы.