— Что бы ты сделала, Айлин? — Снова спрашивает он, и слова похожи на яд, который медленно проникает в мой разум. У меня пересохло в горле, и ни один ответ не слетает с моих губ.
Сцены продолжаются, не прекращаясь, и я не могу отвести взгляд.
— Разве ты не сделала бы всё возможное, чтобы спасти её? — Он становится тише, придвигается ко мне ближе. — Не прибегла ко всем средствам, если бы была возможность? — Я не хочу его слушать. Хотя я не хочу позволять ему влиять на мои мысли, он уже сделал это.
Его слова, больные лица — всё это размывается и увлекает меня за собой в водовороте страха и отчаяния. Голос Итана остаётся неизменным, всегда рядом, всегда присутствует, и во мне бушует буря, в то время как я отчаянно борюсь с тем, чтобы не поддаться его заявлениям.
Всё это глубоко проникает в мой разум, потому что он точно знает, где нанести самый сильный удар. Моё дыхание становится поверхностным, а конечности становятся тяжёлыми и неконтролируемыми. Этот сукин сын своими действиями воплощает в жизнь все мои страхи.
Затем он приближается ко мне. Его присутствие ощутимо, ошеломляюще и угрожающе, как будто оно наполняет каждый уголок комнаты зловещей энергией. Слёзы горят у меня на глазах, как и гнев в моей груди. Потому что я нахожусь в такой ситуации, когда он так сильно держит меня в своих руках.
Почему, несмотря на всё, что он делает, я чувствую себя брошенной?
Несмотря на эти ужасные картины, которые он мне показывает, его присутствие утешает меня. Возможно, это потому, что мы оба в глубине души хотим одного и того же. Спасать людей, которых мы любим. Даже если при этом мы пойдём разными путями.
И ещё есть это влечение. Это как с магнитами. Если вы отделите их друг от друга, то, отпустив, они всегда найдут друг друга.
— Ты бы стала смотреть, как она умирает? — Итан говорит тихо, и всё же он прорезает тишину, как нож. — Или ты бы сделала что-нибудь, чтобы спасти её? — Моё горло сжимается. Его слова трогают меня именно там, где я наиболее уязвима. — Просто прими одно решение, — продолжает он шептать, медленно обходя меня. — Ты можешь положить всему конец. — Я осторожно качаю головой.
— Чего ты хочешь, Итан? — Наконец спрашиваю я, пристально глядя ему в его зелёные глаза. Он заставляет меня сделать этот выбор. Я знаю, что не смогу оставаться в стороне, когда моя мать страдает.
— Ты должна понимать, что значит потерять кого-то, — говорит он, продолжая приближаться ко мне. — У тебя так же есть выбор — как и у всех нас. Ты могла бы подождать... или действовать. Твоя мама наверняка не хотела бы этого по-другому.
Я ненавижу его за то, что он со мной делает. Как я могу быть такой слабой? Как я могу просто колебаться? Почему я не знаю, что мне делать?
А ещё он упоминает мою маму. Она — моё самое больное место, та, ради кого я всё это делаю, и он это знает.
Но что, если он прав в своём утверждении? Разве это не то, о чём я сама уже давно думаю?
Этот человек заманил меня в ловушку. Он понимает, что у меня не хватает сил принять это решение, и всё же он заставляет меня это сделать. Изображения на экранах этого не допускают. Это не то, что можно просто игнорировать. Люди, которые страдают, машины, которые держат их жизни в своих руках — это зеркало моих собственных страхов, моей собственной беспомощности.
— А теперь, Айлин … Что ты решишь? — Он обошёл меня и встал сразу за мной. Его запах мяты проник мне в нос, и я сразу же попала под его чары. Мир вокруг нас перестал существовать, за исключением него и меня, и время останавливается.
Короткий рывок заставляет меня вернуться сюда и сейчас. Игла, которую он вытаскивает из моей кожи, с глухим стуком падает на пол. Несмотря на мою борьбу за то, чтобы оставаться в сознании, всё становится тёмным.
Тяжёлый, глубокий сон погружает меня во тьму.
Когда я просыпаюсь, я лежу на диване в доме моей матери. Тихо, знакомые очертания комнаты успокаивают. Тем не менее, я знаю, что это действительно произошло.
Боль и растерянность всё ещё свежи, и осознание того, что это было реально, продолжает грызть меня.
ГЛАВА 19
«Я поглощена горем, и всё же меня неудержимо тянет к тебе.»
АЙЛИН
Я сижу на диване в гостиной, мой взгляд прикован к телевизору, а рядом со мной стоит миска с попкорном. Это должно было помочь расслабиться, но сериал размывается. Бессмысленно смотреть дальше. Реальность того, что сделала компания, ложится тяжёлым бременем на мои плечи.