Неопределённость остаётся, и в моей голове крутятся вопросы о том, что означает это время. На данный момент я позволяю этому случиться, потому что мы оба ищем способ выбраться из тьмы, у которой мы так долго были в ловушке.
И, возможно, этот момент станет первым шагом.
Проходят минуты, когда тьма опускается на нас всё ниже и ниже. Ранее громкие и сильные эмоции, которые доминировали в комнате, теперь уступили место гнетущей тишине.
Он тяжело опускается на мою кровать, его движения вялые. На мгновение я замираю и наблюдаю за ним. Острота, которая только что двигала нами, исчезла. Что остаётся, так это странное спокойствие. Эта близость была лишь временным перемирием.
Я достаю из комода свой халат и иду в ванную, надеваю его поверх нижнего белья, и мне почти приходится смеяться над собой в процессе. Как будто он мог предложить мне хоть какой-то намёк на защиту с этим мужчиной.
Когда я возвращаюсь, Итан лежит на моей стороне кровати и бормочет что-то неразборчивое, наполовину погруженный в сон, наполовину бодрствующий.
Преисполненная решимости, я сажусь рядом с ним, чувствуя, как прохладный ночной воздух проникает через слегка приоткрытое окно, и пытаюсь привести в порядок свои мысли.
— Может быть, ты поспишь на диване? — Спрашиваю я его.
— О, Златовласка, мне действительно очень нравится это место, я думаю, что останусь здесь. — Вздохнув, я перехожу на другую сторону своей кровати.
Через некоторое время я смотрю налево и вижу, что он теперь спокойно спит. Его дыхание стало ровным, суровость на его лице исчезла, по крайней мере, на мгновение.
Этот явно сломленный человек закрыл глаза, его лоб слегка избороздили морщины. Эта картина заставляет меня задуматься. Тот, кто причинил мне столько боли, сегодня показал свою сторону, которой я никогда не ожидала увидеть. Сторону, которая затрагивает меня так, что я не могу её понять. Это ещё не конец. Напряжённость не исчезла просто так. Мы всё ещё стоим на противоположных сторонах, и завтра всё, что стоит между нами, снова обрушится на нас.
Но что-то, что невозможно изменить, изменилось.
Что всё это значит? Что это значит для нас? Есть так много вопросов без ответа.
Вокруг тишина, а внутри меня бушует хаос. Это был решающий момент, тот, который изменил нас. Что бы ни случилось завтра, какой бы ни была следующая буря — после этого инцидента ничто не будет прежним.
ГЛАВА 21
«Сегодня ты моя. Никаких сомнений, никакой неуверенности.»
АЙЛИН
Мерцающий свет свечи пляшет по стенам, и я моргаю, всё ещё полусонная ото сна. Ощущение, что за мной наблюдают, внезапно заставляет меня насторожиться.
Итан стоит у подножия, непостижимый и тёмный, как тень, не знающая пощады.
— Встань, — приказывает он, тихо, полный недвусмысленной резкости. В этих словах нет места для возражений. Поэтому я слажу с кровати и встаю перед ним.
Этот потрясающий мужчина больше ничего не говорит, и его взгляд скользит по мне, фиксируя каждую мою деталь, какой бы маленькой она ни была. Затем он обходит меня вокруг, и я почти чувствую его дыхание, тёплое и близкое.
Его рука мягко скользит по халату, и я едва осмеливаюсь пошевелиться, она остаётся позади меня и ненадолго опирается на моё плечо, пока не опускается и, наконец, не задерживается на моём запястье.
Прикосновение оставляет во мне покалывание, которое проникает глубже, чем любое объятие. Хватка становится немного крепче, как напоминание о том, что он всё контролирует — что всё, что я делаю, делается по его правилам.
После этого я ощущаю тепло его фигуры позади себя.
Напряжение между нами потрескивает, как неразрывная невидимая связь. Его лицо близко к моему уху, а голос — соблазнительный шёпот.
— Сегодня ты моя. Никаких сомнений, никакой неуверенности. Просто поверь мне, Айлин.
Я стою неподвижно, зажатая между угрозой и адом, который он разжигает во мне. Он медленно встаёт передо мной и умело развязывает халат. Он падает с моих плеч и беззвучно падает на пол. Свет свечей отбрасывает мягкие мерцающие тени, зелёные глаза Итана внимательны, требовательны, и моё сердце бьётся быстрее.
Он задумчиво гладит мою талию, линию моего тела, запоминая каждый контур, каждый изгиб. Итан быстрым, решительным движением хватает меня за трусики, кончики пальцев впиваются в ткань и сдёргивают их с меня. Но ему этого недостаточно.