Неро бросает на меня взгляд, его слова прерывают мои мысли.
— Итан, ты вообще слушаешь?
Я киваю, хотя понятия не имею, каков был последний этап обсуждения. Мои друзья говорят о происшествии, о котором сообщил мне Неро. У нескольких наших людей произошёл инцидент, погоня, которая пошла наперекосяк. Машина перевернулась, и им пришлось импровизировать, чтобы их не заметили. Ничего особенного, ничего такого, что обычно выводило бы меня из себя.
Что-то сегодня кажется неправильным. Слишком спокойным. Молчаливым.
— Так что же нам теперь делать? — Спрашивает Алек, и Неро, защищаясь, поднимает руки.
— Я позабочусь об этом, — говорит он.
Я киваю, но моё внимание уже давно не приковано к обсуждению. Вместо этого я хватаюсь за свой телефон. Я написал ей, но ответа от неё не последовало. Я снова нажимаю на её имя в своём списке контактов, экран загорается, ни сообщения, ни звонка.
Проклятое упрямство.
— Я ненадолго выйду, — наконец говорю я, отодвигая стул. Остальные кивают, зная, когда лучше не задавать вопросов.
Когда я выхожу из комнаты, я слышу шаги позади себя. Неро, конечно, следует за мной. Мой лучший друг всегда остаётся рядом со мной, несмотря ни на что, он никогда по-настоящему не оставлял меня, особенно с тех пор, как мы создали всё это вместе.
Я выхожу на балкон, вдыхаю прохладный ночной воздух и набираю её номер. Ничего. Её телефон выключен. Я смотрю на луну, тихое жужжание в трубке превращается в угрожающий звук. Наверное, мне не следовало уходить. Я должен был остаться с ней.
— И? — Спрашивает Неро позади меня. Хотя он спокоен, в его тоне есть что-то резонирующее. — Теперь это всё, Итан? Это та месть, которую ты хотел?
Я медленно поворачиваюсь к нему. Его взгляд пронзительный, острый. Неро знает, что это глубже. Что это становится всё глубже и глубже.
Он хочет, чтобы я высказался.
— Скажи мне, друг мой. Когда тебе приходилось думать о Кейтлин больше, чем о мести? Когда это стало для тебя второстепенным? — Мой брат знает, к чему я клоню. Неро поднимает брови, но молчит. Очевидно, он хочет услышать больше, но я не готов сказать всё. Не сейчас. Мной движет не только месть. Это то, что она делает со мной, то, что она вытаскивает из меня каждый раз, когда появляется.
— Ты привязался к ней, — наконец говорит Неро, приглушённо, без упрёка. Это не вопрос, а констатация. — Это больше не имеет никакого отношения к Элиасу, не так ли? — Я снова смотрю на луну.
— Она на нашей стороне. Мы должны беспокоиться о её отце, он не хочет сдаваться. — И всякий раз, когда мы думаем, что избавились от врага, в тени появляется новый.
— Тогда давай говорить открытым текстом. Тебе больше не нужно с этим бороться.
— Легче сказать, чем сделать, — но он прав. — Мы можем подумать о том, как поступить со всем этим позже, сейчас мне нужно кое-что сделать, — говорю я. В противном случае у меня не будет головы для разговора или даже планов.
Я не могу найти покоя, поэтому еду к ней на виллу. Каждая клеточка моего тела напряжена, когда я направляю машину к подъездной дорожке. Во мне поднимается дискомфорт, и я постепенно выхожу из себя.
Что-то не так.
Я вхожу в дом и тихо закрываю за собой дверь. Все кажется... слишком спокойным. Это не обычная тишина — в воздухе повисло что-то угрожающее.
Мои глаза беспокойно блуждают по комнатам в поисках какого-нибудь знака, который бы подсказал мне, что здесь произошло.
В кабинете я останавливаюсь.
Потом я замечаю стул, он стоит криво. На столе разбросаны какие-то бумаги, и всё кажется... неправильным. Это не просто беспорядок — это чужая энергия в комнате, здесь произошла борьба.
Я подхожу ближе и вглядываюсь повнимательнее. Что-то есть на полу. Небольшой кровавый след, едва заметный, тем не менее, он есть.
Её отец был здесь. Забрал мою, Златовласку.
Сукин сын.
В мгновение ока я хватаю свой телефон и набираю номер Эмбер.
— Отследи местонахождение Айлин, — говорю я без приветствия. Мой голос звучит жёстко, во мне вскипает гнев. — Я хочу знать, где она, и немедленно.
Как хорошо, что я, одержимый придурок, и вставил в её медальон пеленгатор, когда она спала.
Пока я жду ответа Эмбер, я беспокойно хожу по комнате, и продолжаю думать о маленьких признаках борьбы здесь.