Святослав пожал плечами, мол, а я-то что, просто везенье.
– Всем ведомо, что я удачлив, всего двенадцать годков, а уже и в битвах бывал и живым из них вышел.
Закончив фразу, Романов сгреб со стола свою долю банка. В принципе сейчас любой благоразумный человек закончил бы игру. Во-первых, эффект неожиданности прошел и противник понял, с кем имеет дело, во-вторых, деньжищи они заработали такие, что не каждый купец за год поднять может. Но Святослав всегда был упертым и, раз решил заполучить Тимоху, то на серебре уже остановиться не мог.
К сожалению, в следующем ходу Соколик выбыл из игры, проиграв все свои деньги, впрочем, как и купец в красном. Видимо, Гостыслав решил остаться с непонятным отроком один на один.
– Ну что, сыграем еще? Или таких деньжиш ты в жизни не видывал? – попытался подыграть на самолюбии купец.
Впрочем, Святослав уходить не собирался, он только улыбнулся и молча кивнул головой.
Гостыслав снова перемешал колоду, выдав каждому по карте, и положил колоду перед собой.
– Казна двести… – Он вытащил из-под стола целый мешок с серебром. – А ты на сколько ходишь?
Святослав прикинул, сколько у него теперь есть, гривен сто семьдесят, не больше, столько одному и не утащить.
– А давай на все, что есть? Только у меня одно условие.
Гостыслав снова удивленно приподнял брови. Это еще что такое? Не было никогда ни у кого никаких условий. Хочешь играй, не хочешь уходи, это ведь его дом и его правила, но любопытство и желание поквитаться пересилило.
– Пусть Гостомысл карты перемешает и нам по карте выдает. Так, мне кажется, справедливей будет, а то, когда ты карты сдаешь, не везет мне.
Лучше, конечно, было предложить Юльку в качестве сдатчика, но это было бы слишком подозрительным, а на нее подозрение бросать совсем не хотелось.
– Ты что, меня в чем-то подозреваешь? – приподнявшись из-за стола, с угрозой прорычал Гостыслав.
Соколик при этом положил руку на рукоять меча, мол, только рыпнись, я тебе вмиг кишки вскрою. Впрочем, купец не испугался, но все же сел на место и даже принял спокойный вид. Все же это всего лишь игра, хоть и ставки в ней очень высоки, но риска для жизни она не стоит. Конечно, чужаков порубят на куски его наемники, но не факт, что до того гридень не успеет уполовинить его самого.
– Не хочешь играть, уходи, я никого не держу, – попытался отыграть купец, надеясь, что жадность пересилит в отроке.
Но Святослав на подначку не повелся. Дать возможность купцу сдать карты, означает неминуемо проиграть, а так есть хоть какой-то шанс.
– Ну, значит, мы пошли. Хороший был вечер и игра хорошая, будете играть еще, приглашайте, – сделав расстроенный вид, ответил Святослав.
Он медленно начал подниматься из-за стола, кивнул Соколику на мешочек с серебром, но встать не успел.
– Ладно, давай играть, как ты хочешь. Я гостей уважаю, и мне скрывать нечего. Гостомысл, давай, мешай колоду.
Святослав снова сел в кресло и, поднатужившись, закинул мешок с серебром в центр стола. Купец в то время очень даже ловко перемешал колоду и раздал по карте Гостыславу и Романову.
Так, что у нас тут? У купца император чаш, по притёртости видно, а у меня всего лишь король мечей. Возьмем еще по карте.
Оба соперника потребовали еще по карте. Все в напряжении замерли, внимательно следя за игроками. Даже Юлька, выпятив вперед свои грудки, смотрела не отводя глаз, аж дышать позабыла. Она-то понимала, что сейчас игра идет исключительно на удачу.
Святослав посмотрел свою карту, десятка пентаклей. Вот, блин, четырнадцать… Ну и как теперь дальше брать? Шанс хапнуть перебор шесть из десяти. А у купца что?
Но купец, похоже, осознал, что парень разгадал причину его побед и карты сложил друг за другом, чтобы было видно только первую карту.
– Ну что, еще по карте? – глумливо осведомился хозяин. – Без штанов ведь отсюда уйдешь, малец.
Гостыслав поднял серебряный кубок со стола и разом осушил его до дна.
– Еще! – почти выкрикнул Святослав, в тот момент, когда купец еще не поставил кубок на стол.
В этот момент Романов краем глаза заметил, что Гостомысл вытянул ему карту не сверху, а снизу колоды.
Неужели и он с Гостыславом заодно? Неужели не купец в красном кафтане ему подыгрывал? Святослав даже губу прикусил в ожидании карты. Можно, конечно, было крикнуть, что он шулер и дал не ту карту, но за такое уже принято отвечать языком, а не мошной, и не факт, что силы будут на их стороне.
Купец тоже взял карту, его морда растянулась, как у кота Базилио, обожравшегося сметаны.
– Ну что, вскрываемся? Мне хватит… – промурлыкал Гостыслав.