— Какая разница, — ответила я. — По делам.
— Как тебя зовут-то? — в его голосе послышалась лёгкая улыбка, но глаза оставались холодными, как зимний лёд на реке.
— Ханслет.
— Ханслет, — повторил он, как будто пробуя имя на вкус. — А я Хамер.
— Почему Хамер? — спросила я, хотя знала, что не должна задерживаться.
— Потому что я как молот, — ответил он. — Если что-то ломается, я чиню. Если не чинится — ломаю окончательно.
Я усмехнулась, несмотря на себя.
— И что ты здесь чинишь?
— Да ничего особенного, — он пожал плечами. — Просто осматриваю территорию. А ты что здесь делаешь?
— Ищу артефакты, — ответила я уклончиво.
— Опасное занятие для одиночки, — заметил он.
— А ты предлагаешь помощь? — спросила я с сарказмом.
— Если надо, — ответил он, улыбаясь. — За небольшую плату, конечно.
— Конечно, — сказала я. — В Зоне всё за плату.
— Ну, не всё, — ответил он, и его взгляд стал немного мягче. — Иногда можно найти и бесплатные вещи.
— Например? — спросила я, заинтересовавшись, несмотря на осторожность.
— Например, хорошую компанию, — ответил он.
Я фыркнула.
— Компания в Зоне — это всегда риск.
— Риск — это часть жизни, Ханслет, — сказал он. — Особенно здесь.
Я посмотрела на него и вдруг поняла, что он не такой, как остальные наёмники. В его глазах была не только холодная расчётливость, но и что-то ещё. Возможно, искра человечности.
— Ладно, Хамер, — сказала я. — Ещё увидимся.
— Обязательно, — ответил он и ушёл так же бесшумно, как и появился.
Я осталась одна в полутемной комнате, с артефактом в руках и мыслями, которые не давали покоя. Возможно, встреча с Хамером была не случайностью. Возможно, в Зоне ещё остались те, кто может быть полезен. Или опаснее, чем кажется.
Лес был тихим. Не той тишиной, что бывает в обычном мире — когда просто нет звуков. Здесь тишина была живой, как будто она дышала, прислушивалась, ждала. Я шла медленно, стараясь не шуметь, хотя знала: Зона и так слышит каждый мой шаг. Мои ботинки тонули в рыхлой земле, оставляя следы, которые через минуту затягивало, как будто их никогда и не было.
Ветви деревьев скрипели, когда я задевала их плечом. Иногда мне казалось, что они шепчутся между собой, передавая друг другу мои секреты. Я не оглядывалась. В Зоне нельзя оглядываться.
Наконец, сквозь чащу показались огни бара. Жёлтые, дрожащие, как свечи в темноте. Я вышла на тропинку, ведущую к двери, и остановилась на секунду, чтобы перевести дыхание. Воздух пах дымом, керосином и чем-то ещё — чем-то, что нельзя было назвать словом. Пахло Зоной.
Лесник сидел за столом, склонившись над каким-то прибором. Его руки двигались уверенно, как у хирурга, а глаза были прищурены от концентрации. На столе лежали инструменты, провода, куски металла и несколько артефактов, аккуратно разложенных на тряпке. Он не поднял голову, когда я вошла, но я знала: он чувствовал моё присутствие.
— Ты нашла? — спросил он, не отрываясь от работы.
— Да, — я достала из кармана "Болотный свет" и положила его на стол.
Лесник взял артефакт, поднёс к свету, рассматривая его со всех сторон. Потом кивнул.
— Хорошо.
— Ещё что-то нужно? — спросила я.
— Нет, — ответил он. — Ничего не надо.
Я повернулась к двери.
— Хорошо, — сказала я. — Если что-то понадобится, зови.
Он не ответил. Может быть, кивнул. Может быть, просто продолжил работать. Я вышла, оставив его в лаборатории с его секретами.
На улице было прохладно. Я присела на старый деревянный ящик, который кто-то поставил у входа в бар, и достала ПДА. Экран мигал тусклым светом, отображая карту Зоны — спутанные линии, обозначения аномалий, метки других сталкеров. Я провела пальцем по экрану, увеличивая масштаб. Всё те же места. Всё те же опасности.
— Ты уже пришла? — раздался голос.
Я подняла голову. Волк стоял рядом, в руке у него была бутылка с какой-то прозрачной жидкостью. Рядом с ним сидели ещё двое сталкеров — один пожилой, с седой бородой, которого звали Борода, другой — молодой, худощавый, по кличке Тень.
— Да, — ответила я.
— Не хочешь выпить? — Волк протянул мне бутылку.
— Нет, — отказалась я.
Он пожал плечами и отпил сам.
— Как дела? — спросил он, садясь рядом.
— Нормально, — сказала я, не отрываясь от ПДА.
Сталкеры у костра вели какой-то разговор, но я не слушала. Потом Борода сказал что-то про контрабандистов, и Тень поддержал:
— Да, вчера на свалке их всех положили. Говорят, пытались продавать артефакты на Большую землю.
— Дураки, — фыркнул Волк. — Кто будет покупать это дерьмо?