– Я постараюсь, чтобы не осталось. – А когда мать открыла дверь, Беверли спросила, как она надеялась, легко и непринужденно: – Ты не заметила ничего странного в ванной, мама?
Элфрида обернулась, нахмурилась:
– Странного?
– Ну… вчера вечером я увидела там паука. Он выполз из сливного отверстия в раковине. Папа тебе не сказал?
– Вчера вечером ты рассердила отца, Бевви?
– Нет! Ха-ха! Я сказала ему о пауке, который вылез из сливного отверстия и напугал меня, а он рассказал мне, что раньше они находили дохлых крыс в унитазах старой средней школы, потому что там были очень широкие канализационные трубы. Он не сказал тебе насчет паука, которого я видела?
– Нет.
– Ладно, не важно. Я просто хотела узнать, а вдруг ты тоже видела его.
– Не видела я никаких пауков. Но мне бы хотелось, чтобы мы смогли позволить себе новый линолеум в ванной. – Она посмотрела в небо, синее и безоблачное. – Говорят, если убьешь паука, будет дождь. Ты его не убила, нет?
– Нет, – покачала головой Беверли. – Я его не убила.
Мать вновь посмотрела на нее, сжав губы так плотно, что они практически исчезли.
– Ты уверена, что вчера вечером твой отец не злился на тебя? Бевви, он никогда не трогает тебя?
– Что? – Беверли смотрела на мать в полном замешательстве. Господи, отец трогал ее каждый день. – Я не понимаю…
– Не важно, – оборвала дочь Элфрида. – Не забудь про мусор. И если на окнах останутся потеки, без трепки тебе не обойтись.
– Я не…
(он никогда не трогает тебя?)
…забуду.
– И вернись домой до темноты.
– Вернусь.
(Он…)
(…ужасно тревожится?)
Элфрида ушла. Беверли прошла к себе в комнату и опять постояла у окна, наблюдая, как мать поворачивает за угол и скрывается из виду. Потом, точно зная, что мать идет к автобусной остановке, Беверли взяла ведро, бутылку «Уиндекса» и тряпки из-под раковины. Пошла в гостиную и начала мыть окна. В квартире было как-то слишком тихо. Всякий раз, когда скрипел пол или хлопала дверь, она чуть подпрыгивала. Когда в туалете Болтонов на втором этаже спустили воду, ахнула, почти что вскрикнула.
И то и дело смотрела на закрытую дверь в ванную.
Наконец подошла к ней, открыла, заглянула внутрь. Мать прибиралась здесь утром, так что большая часть крови, которая натекла лужей под раковиной, исчезла. Как и кровь на наружном ободе раковины. Но бордовые потеки остались внутри раковины, а капли и пятна – на зеркале и обоях.
Беверли посмотрела на свое бледное отражение, и осознала с внезапно возникшим суеверным ужасом, что из-за крови на зеркале возникает ощущение, будто кровоточит ее лицо. И вновь подумала: «Что же мне с этим делать? Я чокнулась? Мне все это кажется?»
Сливная труба вдруг отрыгнула смешком.
Беверли закричала, захлопнула дверь, и даже спустя пять минут ее руки так сильно дрожали, что она едва не выронила бутылку «Уиндекса», моя окна в гостиной.
Около трех часов дня, заперев дверь в квартиру и сунув ключ в карман джинсов, Беверли Марш, идя по переулку Ричарда – узкому проходу, соединяющему Главную и Центральную улицы, наткнулась на Бена Хэнскома, Эдди Каспбрэка и еще одного мальчика, его звали Брэдли Донован, которые играли в пристенок.
– Привет, Бев! – крикнул Эдди. – Тебе не снились кошмары после этих фильмов?
– Нет. – Беверли присела на корточки, чтобы посмотреть за игрой. – Откуда ты знаешь?
– Мне сказал Стог. – Эдди указал большим пальцем на Бена, который жутко покраснел, как показалось Бев, безо всякой на то причины.
– Какие есе фильмы? – спросил Брэдли, и теперь Бев его узнала: он приходил в Пустошь с Биллом Денбро. Они вместе ездили на логопедические занятия в Бангор. Беверли и думать о нем забыла. Если б ее спросили, она бы ответила, что он значил для нее меньше, чем Бен или Эдди, – куда как меньше.
– Пару фильмов про чудовищ, – ответила она и, оставаясь на корточках, втиснулась между Беном и Эдди.
– Играете в пристенок?
– Да. – Бен посмотрел на нее и тут же отвел глаза.
– Кто выигрывает?
– Эдди, – ответил Бен. – Эдди просто молоток.
Она посмотрела на Эдди, который скромно полировал ногти о рубашку, и засмеялась.
– Можно мне поиграть?
– Я не против, – ответил Эдди. – Центы у тебя есть?
Она сунула руку в карман и вытащила три.
– Ух ты, выходить из дома с такими деньжищами? – спросил Эдди. – Я бы не решился.
Бен и Донован Брэдли рассмеялись.
– Девочки тоже могут быть смелыми, – очень серьезно ответила Беверли, и в следующий момент смеялись уже все.