— Через полчаса будут. Побудь с ним пока, а я пойду, встречу.
Он вышел, а я осталась сидеть у кровати Витали, глядя на его разбитое лицо и думая о том, что этот человек, обычный трусоватый парень, выдержал то, что многие не выдерживают.
Глава 29
Ракель
Перевозить Витали из больницы оказалось той ещё эпопеей. Дэмиан просто вошёл в палату, отключил всё пикающее оборудование, на которое даже смотреть было страшно, и, не обращая внимания на протестующий писк аппаратуры, ловко перехватил капельницу и трубки. Витали даже не пошевелился, он был в такой глубокой отключке, что хоть сейчас в морг вези, только дыхание и оставалось. Я стояла в дверях, готовая в любой момент прикрыть их, если появится медсестра, и чувствовала, как адреналин шумит в ушах громче, чем эта дурацкая сигнализация.
— Ты уверен, что его можно двигать? — прошептала я, хотя Дэмиан даже бровью не повёл, заворачивая Витали в больничное одеяло, как ребёнка в конверт. — Он же весь в трубках, у него там внутри, наверное, всё поотрывается.
— Если оставить его здесь, у него точно всё поотрывается, — отрезал Дэмиан, даже не обернувшись, и в его голосе не было сомнений. — Марчелло не дурак, он оставил кого-то следить. Рано или поздно они зайдут проверить, доделал ли работу тот, кто его обрабатывал, а может и прямо сейчас, пока мы тут болтаем.
Он перехватил Витали поудобнее, и я вдруг обратила внимание, как бережно, почти нежно он это делает, хотя на его лице не дрогнул ни один мускул. Этот контраст между внешней холодностью и тем, как осторожно его пальцы обходили стороной самые страшные гематомы, почему-то резанул по сердцу острее, чем любая нежность.
— Идём, — бросил он, кивая на дверь. — Бланко уже вырубил камеры в коридоре, у нас минута, пока система не перезагрузилась и не зафиксировала, что мы тут делали.
Мы выскользнули в коридор, и я вцепилась взглядом в его широкую спину, которая двигалась вперёд с удивительной для человека, несущего другого на руках, скоростью. На выходе из отделения нас уже ждали двое ребят Бланко, они молча перехватили Витали, уложили на носилки, которые стояли прямо в холле под табличкой «Для экстренных случаев», и мы все вместе, как хорошо отрепетированная группа, выкатились на улицу.
Ночной воздух ударил в лицо свежестью и запахом моря. Где-то вдалеке выла сирена, но приближаться, кажется, не собиралась. Я глубоко вдохнула и только сейчас поняла, что всё это время почти не дышала.
В машине было тесно. Дэмиан сел за руль, я устроилась рядом на пассажирском сиденье, и мы вырулили со стоянки больницы, оставляя позади её ярко освещённый фасад и нервное мерцание неоновых ламп. Сзади, на носилках, которые чудом втиснули в салон внедорожника, лежал Витали, и его прерывистое дыхание было единственным звуком, нарушавшим тишину.
— Не смотри на него так, — раздался голос Дэмиана, и я даже не сразу поняла, что он обращается ко мне, потому что смотрела на парня. — Он выживет, такие выживают.
— Откуда ты знаешь, какие выживают, а какие нет? — спросила я, и в моём голосе прозвучало больше злости, чем я планировала. — Ты что, статистику вёл?
— Вёл, — спокойно ответил он, и от этого спокойствия у меня по коже побежали мурашки. — За столько лет в этом бизнесе поневоле начнёшь замечать закономерности. Кто кричит, тот чаще всего не вывозит, кто молчит, у того есть шанс. Этот молчал, пока его били, значит, внутри у него есть стержень, который помогает выжить.
Я посмотрела на разбитое лицо Витали, на его безжизненно откинутую голову и подумала о том, что Дэмиан, кажется, только что описал самого себя. Интересно, он это понимает?
— Ты прямо философ сегодня, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал легко, почти насмешливо, хотя внутри всё дрожало от усталости и адреналина. — Не ожидала.
— Я вообще полон сюрпризов, — парировал он, и краем глаза я увидела, как дрогнули уголки его губ. — Ты просто не всегда умеешь их замечать.
— Или не хочу замечать.
— Это тоже вариант.
Мы замолчали, и в тишине салона было слышно только тихое гудение мотора и прерывистое дыхание Витали. За окном проплывал ночной город, равнодушный к нашим драмам, и я вдруг остро почувствовала, как мы все здесь, в этой машине, призраки, застрявшие между жизнью и смертью.
В особняке нас уже ждали, Эмма стояла у входа с белым как мел лицом, но, увидев носилки, тут же взяла себя в руки и засуетилась, открывая двери и давая распоряжения кому-то невидимому за своей спиной. Витали достали из машины и увезли куда-то вниз, в ту самую подземную клинику, где недавно лежала я.
Я хотела пойти за ними, но Дэмиан остановил меня, схватив за локоть.