Слова Дэмиана висели в воздухе, тяжелые и ядовитые. «Ты станешь моей помощницей». Это звучало как пожизненный приговор. Мое сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Ком в горле мешал дышать. Я смотрела на огни машин за стеклом, на людей на тротуаре, на нормальную, свободную жизнь, которая была в сантиметрах от меня, но ощущалась как на другом конце Вселенной.
И вдруг что-то внутри перегорело. Страх, ярость, отчаяние, все смешалось в один сплошной белый шум. Мыслей не было. Был только животный, неконтролируемый импульс.
— Я сказала нет! — Мой голос прозвучал хрипло и неестественно громко.
Я рванула к ручке двери, когда мы стояли на светофоре. Замок был разблокирован, он был настолько уверен в своей власти, что даже не подумал ее запереть. Я толкнула дверь и вывалилась на асфальт, едва удерживая равновесие. Моя сумка осталась в салоне. Я побежала, не думая, не видя, куда. Просто отсюда.
Я ожидала, что машина рванет с места, что он выскочит и схватит меня. Я ждала погони, криков, силы, но ничего этого не произошло.
Пробежав метров двадцать, я обернулась, задыхаясь. Машина плавно перестроилась и припарковалась на обочине. Он вышел из нее, но остался у двери, как будто просто ждал.
— Беги, Ракель, — произнес он так, будто мы продолжали мирную беседу. — Попробуй, я настаиваю.
Я замерла в полной прострации. Это была ловушка.
— Что ты задумал? — выдохнула я, мои ноги вдруг стали ватными.
— Ничего. Я просто даю тебе то, чего ты так хочешь, свободу выбора. — Он сделал паузу, давая мне прочувствовать всю абсурдность ситуации. — Но давай обсудим цену. Пока ты будешь бежать, твой брат, Мэтью, сейчас задержится на работе. У него внеплановая проверка от руководства. Очень дотошная.
У меня перехватило дыхание.
— И пока он будет сидеть в кабинете у своего начальника, который, кстати, получил очень странный и настойчивый звонок из городской администрации, — он снова помолчал, наслаждаясь моментом, — ты будешь решать. Твоя минутная свобода стоит его карьеры? Его репутации? А может, и чего-то большего? Например, внезапного ареста за хищение данных? У них в отделе, я слышал, не все чисто. Очень легко подбросить пару файлов.
Мир вокруг поплыл. Звуки города заглушились гулом в ушах. Я смотрела на его спокойное лицо, на его машину, на этот символ его тотальной власти, и понимала, это не угроза. Это констатация факта. Он уже все привел в движение, один его кивок и жизнь Мэтью будет разрушена.
Мои ноги сами по себе понесли меня обратно. Не к свободе, а к его машине. Я не бежала, я шла, чувствуя, как что-то внутри меня ломается и умирает. Я открыла дверь и молча села на свое место. Дверь захлопнулась с тихим щелчком, который прозвучал громче любого хлопка.
Дэмиан повернулся ко мне. В его глазах не было торжества. Была удовлетворенность от того, что все завершилось так, как он и предполагал.
— Разумный выбор, — тихо произнес он. — Я ценю рациональность.
Я сидела, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрела, как мимо проплывает тот самый тротуар, на который я выпрыгнула всего две минуты назад. Он казался таким далеким. Машина ускорилась, безжалостно удаляя меня от того клочка мнимой свободы. Я следила, как знакомые улицы сменяются чужими, а затем и вовсе исчезают, уступая место роскошным, безликим кварталам, где у каждого здания была своя охрана и высоченный забор. С каждым поворотом я чувствовала, как петля затягивается туже. Воздух в салоне стал густым и невыносимо тяжелым.
И вот, после долгого напряженного молчания машина сворачивает с главной магистрали, скользнув в тень небоскребов. Его гладкий черный фасад, казалось, поглощал огни города, отчего здание выглядело еще выше и внушительнее.
— Добро пожаловать домой, Ракель, — говорит он, повернувшись ко мне. Его голос слишком ласковый, чтобы быть правдой. — Теперь ты живешь здесь.
Он выходит из машины, обходит ее и открывает дверцу. Я медлю, собираясь с духом. Меня устрашает этот небоскреб, его атмосфера, то, что ждет меня внутри. Дэмиан протягивает руку, нетерпеливым жестом призывая выйти. Я выхожу, игнорируя его руку и холодный воздух обжигает кожу.
Вход был неприметным, просто стеклянная дверь, ведущая к отдельным лифтам. Подъем был быстрым и бесшумным. Квартиры мелькали одна за другой, каждая из них представляла собой еще один слой города, оставленный позади. Двери открылись прямо в квартиру. Первое, что поражало, это масштаб, двухуровневая гостиная с окнами от пола до потолка. За стеклом раскинулся город, галактика огней, уходящая к горизонту. В интерьере преобладали оттенки серого и черного, смягченные приглушенным фиолетовым сиянием, которое, казалось, исходило от самого города. Темный кожаный диван занимал центральное место в комнате, обращенный к бесконечному виду. Верхний этаж выходил на жилую зону, обещая еще более захватывающий вид. Это было пространство, созданное для власти, для наблюдения и для изоляции.