***
После последней пары я вышла в коридор, чувствуя себя выжатым лимоном. Гул голосов, смех, скрип дверей, всё это сливалось в один оглушительный шум, бивший по вискам. Я пыталась пробиться сквозь толпу и сделать вид, что я такая же, как все, но главным испытанием стала встреча, которая ждала меня у двери. Кассандра.
Она стояла, прислонившись к стене коридора, её поза была непринужденной, а взгляд холодным и оценивающим, явно дожидалась меня. Длинные ухоженные волосы струились по плечам, а ярко накрашенные губы изогнулись в презрительной усмешке.
— Ну что, Ракель? — её голос прозвучал сладким ядом, растягивая мое имя. — Катаешься теперь с личным водителем? С каких это пор ты стала так шиковать?
Во рту пересохло, и я почувствовала, как по спине пробежали мурашки, смесь ярости и унижения. Она знала, куда бить, всегда знала.
— Не твоё дело, Кассандра, — выдавила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул, но внутри всё закипало, а руки сами собой сжались в кулаки.
Она рассмеялась резко, громко и неестественно. Этот звук резанул по нервам.
— Как это не моё дело? — Она сделала лёгкий шаг вперёд, сокращая дистанцию, и я почувствовала себя в ловушке. — Ты ведь под нашим влиянием, в нашей семье. — Она намеренно сделала ударение на этих словах, подчеркивая значимость своей власти, точнее, власти её отца, владельца этого университета, который мог распоряжаться всем, в том числе и моей жизнью.
— Я не под вашим влиянием, — прошипела я, уже почти не контролируя себя, сердце колотилось где-то в горле. — И никогда не буду.
— О, да ладно тебе, — она игриво махнула рукой, но в её глазах не было и капли веселья, только ледяное презрение. — Ты уже играешь по нашим правилам, милая. Просто смирись с этим, так проще.
Я молчала, чувствуя, как гнев всё сильнее подступает комом к горлу, а она упивалась этим, видя мою беспомощность.
— Как там твой братец? — бросила она небрежно, словно спрашивала о погоде, но её глаза при этом сверкали торжеством. — Надеюсь, ему хорошо. Хотя, — она сделала паузу, наслаждаясь моментом, — думаю, тебе плевать, главное ведь кататься на дорогих машинах, да? Играть в принцессу, которую кто-то наконец-то заметил.
И в этот момент, когда я уже готова была либо расплакаться, либо броситься на неё с кулаками, я почувствовала тяжёлую руку на своём плече. От этого прикосновения всё внутри замерло. Я вздрогнула и обернулась.
Дэмиан
Дьявол, а не утро. Бланко уже ждал у машины, его каменное лицо выдавало готовность к предстоящему цирку. В голове стоял гул, отрывки тревожного сна, в котором я бежал по бесконечному коридору, а двери захлопывались прямо перед носом. Реальность, как всегда, оказалась более раздражающей.
— В университет, — бросил я, опускаясь на кожаное сиденье. Один взгляд в зеркало заднего вида и мужчина понял всё без слов, сегодня лучше меня не злить.
Через полчаса мы стояли у ворот этого проклятого заведения. Бланко, не меняясь в лице, протянул мои документы какому-то щуплому охраннику в плохо сидящей форме.
— Без пропуска нельзя, — пробурчал тот, едва удостоив бумаги взглядом.
Я остолбенел. Не может быть, этот человек в костюме стоимостью меньше моего завтрака говорит мне нельзя? Воздух вокруг загустел от абсурда ситуации. Я вышел из машины, чувствуя, как по телу разливается знакомый, почти сладкий жар ярости.
— Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь? — мой голос прозвучал тихо, но в тишине он резанул, как лезвие.
Охранник побледнел, осознав, что ввязался не в ту игру, но всё же уперся.
— Такие правила. Даже если вы президент.
Правила. Это слово всегда вызывало у меня приступ глумливой ярости. Правила пишут для тех, кто не может их обойти.
— Дэмиан, спокойнее. Всё уладим, — тихо произнес друг, но его голос был лишь фоном для нарастающего во мне урагана.
— Уладим? — Я повернулся к нему, и он на мгновение отступил под давлением моего взгляда. — Бланко, выкупи этот гребанный университет. прямо сейчас. Я хочу видеть документы о собственности на своем столе к обеду.
Охранник дрожащей рукой нажал кнопку вызова подмоги. Идиот. Я не стал тратить слова, а просто достал пистолет, это был язык, который такие люди понимают лучше всего, язык простой и недвусмысленный. Молча я направил ствол на турникет, прозвучал щелчок открытия.
— Пошли, Бланко, — прошипел я, возвращая оружие в кобуру. — Найдём её и посмотрим, кто ещё посмеет меня остановить.
Мы вошли в здание, и я почувствовал, как меняется пространство вокруг. Студенческие взгляды, смесь страха, любопытства и признания. И где-то в этих стенах была она. Моя маленькая проблема.