Я оглядела холл, студенты постепенно подтягивались, группы собирались у аудиторий, гул голосов нарастал. Где-то в этой толпе была Кассандра, и она явно готовилась к новому спектаклю.
— Ладно, — сказала я, расправляя плечи. — Пусть делает что хочет. Я уже через это проходила.
— Ты через это проходила, когда у тебя за спиной был твой... ну, этот. — Амелия запнулась, явно не зная, как называть Дэмиана. — А сегодня ты одна.
— Я всегда одна, когда дело касается учёбы, — поправила я. — И это не изменилось.
Мы вошли в аудиторию и сели на наши обычные места. Консультация тянулась бесконечно долго, профессор что-то рассказывал про структуру экзаменационных билетов, про то, на что обратить внимание.
Когда пара закончилась, я собрала вещи медленнее, чем обычно, давая толпе рассосаться. Амелия поняла манёвр без слов и осталась рядом, делая вид, что тоже копается в сумке.
— Ты иди, — сказала я ей тихо. — Не хочу, чтобы ты под раздачу попала.
— Я никуда не пойду, — отрезала она. — Мы вместе в это вляпались, вместе и будем разбираться.
Я хотела возразить, но в этот момент дверь аудитории распахнулась, и на пороге появилась Кассандра. За её спиной стояли всё те же розововолосая и рыжая, а также несколько незнакомых девушек с такими же наглыми лицами.
— Ракель, — пропела она, входя внутрь и жестом приказывая своим приспешникам рассредоточиться. — А я тебя ищу. Думала, ты спряталась где-нибудь в туалете и плачешь.
— Зачем мне прятаться? — спросила я, глядя на неё. — Я сдала комиссии то, что ты провалила бы с треском. Мне нечего бояться.
Она дёрнулась, как от пощёчины, но быстро взяла себя в руки.
— Комиссия это одно, а вот репутация это совсем другое. — Она подошла ближе, и её подружки двинулись следом, окружая нас с Амелией. — Ты думаешь, если один раз выкрутилась, то всё, можно расслабиться? В этом университете учатся люди, Ракель. Люди, которые знают, кто ты такая на самом деле.
— И кто же я такая? — поинтересовалась я, скрещивая руки на груди.
— Ты девка мафиози, — выплюнула Кассандра, и её голос зазвенел так громко, что эхо разнеслось по пустой аудитории. — Ты спишь с человеком, у которого руки по локоть в крови, и думаешь, что после этого тебя будут уважать?
Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри поднимается знакомая ледяная волна.
— Уважение не измеряется тем, с кем я сплю, — ответила я ровно. — Оно измеряется тем, что я сделала на комиссии. А ты, Кассандра, кроме грязных сплетен, ничего предъявить не можешь.
Она открыла рот, чтобы возразить, но я не дала.
— Ты проиграла честно, при всех и теперь пытаешься отыграться единственным способом, который знаешь, ложью и подставами. Это жалко, Кассандра. Правда, жалко.
В аудитории повисла тишина. Её подружки переглянулись, и в их глазах я увидела сомнение. Кассандра побледнела, потом покраснела, и я поняла, что сейчас она либо ударит меня, либо сорвётся в истерику.
Она выбрала первое.
Её рука взметнулась вверх, целясь мне в лицо. Я не стала перехватывать, просто шагнула вперёд, сокращая расстояние до опасного, и посмотрела ей прямо в глаза. Она замерла с занесённой рукой, сбитая с толку, а я наклонилась к её уху.
— Ещё раз поднимешь на меня руку, — сказала я тихо, чтобы слышала только она, — и я расскажу своему мафиози, что ты меня трогала. А дальше, Кассандра, даже я не смогу тебя защитить, потому что он очень не любит, когда кто-то прикасается к тому, что принадлежит ему.
Она опустила руку, не ударив. Я шагнула назад, и Кассандра стояла, растирая запястье, хотя я даже не прикасалась к нему. В её глазах был настоящий, животный страх. Она поняла, может быть, не всё, но достаточно.
— Пошли отсюда, — бросила она своим подружкам и вылетела из аудитории, даже не оглядываясь.
Амелия выдохнула и схватилась за сердце.
— Боже, Ракель, ты была... я даже не знаю, как это назвать. Она реально испугалась!
— Хорошо, — ответила я, чувствуя, как дрожат руки. — Значит, урок пошёл впрок.
Мы вышли из аудитории и направились к выходу. В холле уже почти никого не было, только некоторые студенты спешили на пары. Я уже почти расслабилась, когда зазвонил телефон.
Бланко.
— Слушаю, — ответила я, жестом показывая Амелии, что мне нужно отойти.
— Витали пропал, — сказал Бланко без предисловий. — Не вышел на связь после встречи с Марчелло. Его ищут, но пока ничего.
Я закрыла глаза, пытаясь унять бешеный стук сердца.