— У нас есть союзники, — напомнила Зена, чуть повернув голову к Габриэль, чтобы та видела её поддержку. — Лира ищет путь, и если у неё получится…
— Если, — Габриэль поймала взгляд Зены, и в этом обмене не было сомнения, лишь тихая печаль и бесконечная преданность. — Но вера — это всё, что у нас осталось. Без неё наш путь был бы бессмысленным.
— Мы здесь, чтобы положить этому конец, — Зена накрыла руку Габриэль своей на древке посоха. — И какую бы цену ни выставила судьба, мы заплатим её вдвоём.
Символы на древнем дереве посоха вспыхнули прощальным изумрудным светом, прежде чем окончательно угаснуть. Карта, едва заметная мгновение назад, растворилась в волокнах древесины, словно впитавшись внутрь.
Вместо запутанных линий на гладкой поверхности проступили выжженные слова, пульсирующие едва уловимым жаром:
“Долина Теней ждёт. Ключ уже в пути”.
— Пора идти. Пока у нас ещё есть время, — тихо произнесла Габриэль. Она обернулась к воительнице, и в её глазах отразилась решимость. — Нужно двигаться, пока у нас есть фора.
Зена лишь молча кивнула, накрыв ладонь подруги своей рукой. Она чувствовала, как сгущается тьма, готовая в любой момент преградить им дорогу, но страха не было. Только холодная готовность защищать ту, что стала её светом.
— Мы не дадим им ни шанса, — прошептала Зена, коснувшись лбом лба Габриэль. — Только не сегодня.
Они собрались и покинули палатку, окунувшись в прохладу предрассветного часа. Ночной воздух был неподвижен, словно мир замер в ожидании грядущей битвы. Однако где-то там, за невидимой чертой горизонта, небо уже начинало наливаться нежным румянцем, прогоняя серые тучи и окрашивая верхушки деревьев в золото.
— К Долине Теней, — Зена устремила взгляд на далёкие пики гор.
— Куда бы ни вела дорога, мы пройдём её вдвоём, — откликнулась Габриэль, крепко переплетая свои пальцы с пальцами Королевы воинов.
Когда лагерь остался позади, Габриэль оглянулась. На земле, у входа в палатку, остался след — перевёрнутая звезда, выжженная в траве. Они шагнули навстречу восходящему солнцу, согретые теплом друг друга, зная: за ними следит тьма. Но впереди — свет. И пока он есть, они будут идти. А в глубине леса, за деревьями, за ними кто‑то наблюдал.
Часть 10. Приближение к неизбежному
Лес обступал их, словно живое, дышащее существо. Могучие стволы прижимались друг к другу, а переплетённые кроны создавали тяжёлый изумрудный купол, сквозь который лишь изредка просачивались болезненно‑бледные лучи света. Воздух стал густым и липким, в нём отчётливо читался дурманящий аромат ладана, смешанный с тошнотворной сладостью тления. Габриэль замерла, почувствовав, как по спине пробежал холод. Пальцы Зены тут же коснулись её плеча — мимолётный, но уверенный жест, напоминающий о том, что она рядом. Дневник в сумке сказительницы внезапно ожил: страницы затрепетали, словно крылья пойманной птицы, и замерли на новом изображении. Символ, точь-в-точь как на старом колодце, ритмично пульсировал алым, будто живая рана.
— Он зовёт нас, Зена, — прошептала Габриэль.
Она осторожно коснулась знака, и тот отозвался, оставив на подушечке её пальца призрачное золотистое сияние. Королева воинов невольно поморщилась и взглянула на своё предплечье. След от воды из колодца не просто болел — он горел, а под кожей ощущалось жуткое шевеление, будто некая неведомая сила пыталась проложить путь к сердцу.
— Мы почти у цели, — Зена перехватила руку Габриэль, на мгновение крепко сжав её ладонь в своей, передавая ей свою силу и решимость. — Твари из теней чуют наш страх. Не давай им этого повода.
Внезапно впереди, между искривлёнными стволами, вспыхнул дрожащий призрачно‑голубой свет. Он не был похож на тёплое сияние посоха Габриэль или привычную сталь меча Зены. Этот свет казался чужеродным и холодным.
Обе женщины мгновенно напряглись, сработал их отточенный годами инстинкт — они встали спина к спине, закрывая друг друга.
— Кто здесь? Покажись! — голос Зены прозвучал подобно удару хлыста, а клинок с тихим звоном покинул ножны.
Из тумана медленно вышла девушка. Вид её был пугающим: копна спутавшихся волос, одежда, покрытая слоями грязи и пепла. Однако когда она подняла голову, Габриэль вздрогнула — в глазах незнакомки она увидела ту же несломленную ярость, которую привыкла видеть в глазах своей спутницы.
— Лира… — Габриэль неверяще сделала шаг вперёд, опуская посох.
Девушка замерла, её загнанный взгляд метался между суровым лицом Зены и мягкими чертами Габриэль. Было видно, что она измотана, но надежда ещё не окончательно покинула её.
— Вы… вы те, кого я искала, — голос Лиры сорвался, но она заставила себя выпрямиться. — Я прошла через ад, чтобы найти вас двоих. Только вы сможете это остановить. Пожалуйста, помогите мне.
— Что случилось? — Габриэль мягко сократила дистанцию, коснувшись плеча Лиры.
Лира судорожно сжала кулаки. Татуировка на её запястье отозвалась пульсирующим светом, затмевающим метку Зены своей чистотой.
— Мой отец… он в плену. Тьма поглотила его. Я пыталась спасти его одна, но… — она осеклась, пристыженно опустив голову. — Я оказалась бессильна.
Зена молча смотрела на девушку долгим, пронзительным взглядом. Она тоже знала, каково это — чувствовать, как тьма проникает внутрь, как она шепчет, обещая силу, обещая власть.
— Больше ты не будешь сражаться в одиночку, — Габриэль ласково накрыла ладонь девушки своей, согревая её. — Мы рядом и поможем.
В глазах Лиры отразился хрупкий проблеск веры.
— Но вы не понимаете… — она опасливо замолчала, проверяя, нет ли лишних ушей. — Тьма уже в нём. Она меняет его. И если мы не успеем… то спасать будет некого.
— Успеем, — отрезала Зена. В её стальном тоне чувствовалась непоколебимая уверенность, ставшая для Лиры опорой. — Мы знаем, каково это — бороться с тьмой внутри.
Королева воинов повернулась к Габриэль. Бард ответила ей долгим, глубоким взглядом и нежно переплела свои пальцы с её мозолистой рукой.
Это мимолётное проявление близости было наполнено бесконечным доверием, понятным только им двоим.
“Моя любовь и моя сила всегда принадлежат тебе”, — читалось в глазах Габриэль.
“Ты — мой свет во всякой тьме”, — ответила Зена едва заметным движением губ.
— Я видела, как она поглощает его, — содрогнулась Лира. — Его глаза… они стали чёрными. Его голос… он звучал так, будто говорил не он, а что‑то другое.
— Мы проходили через это, — Зена крепче сжала меч, чувствуя тепло руки Габриэль. — И мы вырвем его из этой бездны и не позволим тьме победить.
— Откуда в вас эта уверенность? — голос Лиры дрогнул от горечи. — Вы видели её силу. Она ломает волю, искажает разум.
Габриэль сделала шаг вперёд, мягко коснувшись плеча Зены, прежде чем поднять свой посох. Его свет озарил их лица, выхватывая из полумрака решимость в их глазах.
— Потому что мы сами прошли через этот мрак, — тихо ответила Габриэль, и её взгляд на мгновение встретился с глазами воительницы. — Мы падали в бездну, но находили дорогу обратно, потому что не были одни.
Лира смотрела на них: на Зену, чьи пальцы крепко сжимали эфес меча, и на Габриэль, которая была её светом и её скалой. Она видела не просто двух союзниц, а две части одного целого, спаянные болью и бесконечной преданностью.
— Тогда я умоляю вас… — Лира медленно опустилась на колено, склонив голову в жесте отчаяния и надежды. — Помогите мне вернуть его.
Зена шагнула к девушке, её движения были скупыми, но в них чувствовалась скрытая нежность. Она накрыла ладонью руку Лиры, заставляя ту подняться.
— Оставь мольбы для богов, — голос Королевы воинов смягчился. — Твоя готовность сражаться — это всё, что нам нужно. Мы пройдём этот путь с тобой.
Когда Лира встала, символы на их руках на мгновение вспыхнули общим, ровным ритмом, словно подтверждая нерушимую связь. Габриэль подошла вплотную к Зене, чувствуя исходящее от неё тепло.