Аккуратно избавив клинок от слоев ткани, я развернула катану. В глаза сразу бросилась работа хорошего мастера. Сая (ножны) были изготовлены из черного легкого металла и отделаны серебром. Отделка представляла собой рисунок в виде непонятных мне завитков. Шестое чувство подсказывало, что это буквы, но такого языка я не знаю. То, что Сая были отлиты из металла, а не вытесаны из дерева, уже говорило о многом. Мало кто мог себе позволить себе такую роскошь. Этот Артефакт создавался, чтобы просуществовать века и не дать трещин в клинке, и на это не пожалели ничего.
Я аккуратно, со всей плавностью, которой обладала, вынула клинок из Сая. Сама катана представлялась мне сверкающей, отлитой из серебра, или бестяще-золотой, или обычным оружием, какое я видела и держала в руках у братьев.
Но в моей руке находилась не катана, и лучше бы мне это запомнить. Я держу в руках что-то древнее и могущественное. Клинок был абсолютно черным. Он не отражал солнца, будто свет не желал иметь ничего общего с тьмой исходящей от Артефакта. Невероятная мощь магии пульсировала в держащей его руке. У меня потихоньку немели пальцы, вверх по плечу к ключице полз холодной змеей тоненький черный завиток. Это должно было пугать, если бы так не завораживало.
Боли не было. Только холод. Секунду поколебавшись, я вынула клинок до конца и встала, направляя его вниз и беря обеими руками. Теперь, встав в стойку, думаю, что будто всю жизнь искала только этот клинок. Самое странное, я ощущаю такой же отклик от Артефакта.
Наверное, около семи минут, я просто стояла, восхищаясь ощущениями. После того, как первая волна шока прошла, повернулась к зеркалу. Думаю, мои глаза напоминал две монеты, такими они стали огромными от удивления. Черные надписи в виде завитков, таких же как на Сая, покрывали целиком мою левую руку. Руку, которой я вытягивала клинок. Темные линии тянулись от самых кончиков пальцев, до шеи. А от шеи очень плавно отделялась одна тоненькая линия, по всей длине которой вырисовывались знаки. Она проходила ровно через мой левый глаз, заканчиваясь где-то под волосами. Я не видела зрачка или глазного яблока, нет, только пронзительный черный цвет. Мой левый глаз сейчас был глазом демона. Черный.
Клинок чувствовался моим продолжением, он был частью меня. Я не чувствовала паники, дышала ровно, размеренно, и просто смотрела в зеркало, пытаясь осмыслить происходящее.
Девять. Темнейший дар
В детстве я играла со старшими братьями.
В то время, как девочки сбивались в кучки и резвились в прятки, догонялки, обменивались секретиками, я бегала, прыгала, лазала, упражнялась и тренировалась.
Я точно помню тот день, когда поняла, что шептаться о мальчиках – скучно, а соревноваться, кто дальше прыгнет – нет. Тогда был особенно жаркий летний день. Куча народу бегало к колодцам – набрать воды, потому что скотина толком не ела, а только пила.
Я сидела в тени главного Храма вместе со своими подругами. Сколько я помнила себя и своих подруг, нас всегда было пятеро. Нечетное число. Кто-то постоянно оставался немного лишним, как бы, не со всеми, чуть-чуть сам по себе. И это я. В очередной раз, оставшись без пары в какой-то игре, сослалась на помощь матери и потопала домой.
По пути мне встретились старшие братья. Они все еще не начали в полной мере изучать искусство боя, поэтому часто пинали балду, забирались в заброшенные здания, дурачились. Сколько их помню, они всегда держались поодаль от остальных мальчишек, всегда втроем. Их тоже было четное число, но лишнего никогда не было.
Мы обнялись и пошли домой дальше вместе. По пути кидали камни кто выше, лазали по деревьям, толкались, пугали коров и убегали, пока хозяйка не дала оплеуху.
Когда до дома мы всё же добрались, Хаши и Сешин сразу умчались на кухню, а старший – Ацуси – спросил, почему я не гуляла с девочками. Я честно ответила, что мне не интересно все это предельно милое и девчачье. Поборов некоторое смущение, спросила у него, не могу ли я гулять с братьями. Он улыбнулся. И сказал, что любит свою сестренку и будет рад мне, когда бы я к нему не пришла.
С того момента, я всюду ходила с братьями и мне не было скучно.
Отойдя немного от противоречивых чувств, я перехватила клинок поудобнее и сделала пару выпадов. Оружие в руках действительно ощущалось продолжением руки. Все движения получались в точности такими, какие я планировала. Даже вес клинка буквально до миллиметров подходил к моей руке.