Глубокие борозды на лбу, даже в расслабленном состоянии, а также тонкая морщинистая сетка в уголках глаз, указывали на преодоление им не менее трёх десятков лет жизни. В темно-русых, не слишком коротко остриженных, от того слегка вьющихся волосах, так же виднелись серебристые вкрапления, оставленные годами на память. Но все это на ряду с щетиной, обрамляющей четкую линию челюсти, губы и спускающейся к шее, с ярко выраженным кадыком, лишь придавало образу скорее пикантности, нежели старило его. Не портил всего и блеклый шрам, пролегающий полумесяцем от виска к скуле, попутно рассекающий бровь.
«Мужчина в самом расцвете сил» – наверно именно такую характеристику дал бы любой, как бы имел возможность видеть этого не совсем человека.
Прежде чем признаться самой себе, что уже стою совсем рядом и откровенно пялюсь, и прежде чем он сам успел попрекнуть меня этим же зрительно, я успела отметить довольно внушительный рост, когда ты едва не в пупок дышишь собеседнику, а также то, что одет он совсем не по погоде. И не жарко то в черном, хоть и укороченном, пальто в столь не по-майски жаркий день?
Интересоваться об этом в слух разумеется не стала, лишний раз напоминая себе, что передо мной не человек склонный в жару к усиленному теплообмену. Вместо этого прошла мимо нсо (по-прежнему неопознанного объекта, только теперь стоящего) в глубь беседки, усаживаясь на каменную, пыльную лавку, ножки которой, как и все ограждение, плотно обвил вездесущий плющ. Не совсем мужчина же так же преодолел пару ступеней и стал в арочном проёме, закрывая мне путь к отступлению. А затем щёлкнул пальцами заставляя мир вокруг в буквальном смысле замереть, о чем свидетельствовали зависшие в воздухе частицы тополиного пуха. Интересно, а нельзя было это же проделать в больнице, не допуская моего страстного разговора самой с собой. А ещё интересно как я отреагировала бы на подобное там, кабы замерли не пушинки, а люди.
—Что вы такое? И почему никто вас не видит кроме меня? —поспешила я выдвинуть насущные проблемы и как бы не старалась при этом сохранять невозмутимость, голос сипел и предательски дрожал.
—Занятно то, как быстро я стал невоодушевлённым предметом, и куда более интересно почему вы меня видите, Иванна. Но не будем попусту тратить временной стазис, — за сим мужчина вынул из кармана какой-то продолговатый предмет, и большим пальцем ткнул в единственную кнопку на нем, от чего та заболела золотистым свечением. А спустя мгновение предо мной развернулся огромный экран, словно бы кто-то позади запустил проектор на заведомо растянутое белое полотно. Факт того, что ни первого, ни второго в действительности здесь не имелось я решила быстро опустить, целиком сосредотачивая внимание на образовавшейся голограмме и собственном изображении.
—Соколова Иванна Викторовна, 1999 года рождения, — принялся декларировать незнакомец данные прописанные на экране блекло-золотыми, подсвеченными буквами на полностью прозрачном фоне. Все это было рядом с моим фото как в анфас, так и в профиль и явно с возможностью провернуть его как 3-Д проекцию. Так же мужчина опускал то, что там наличествовал не только год, но и месяц, число и даже точное время рождения, включающее в себя секунды.
— Проживающая по улице Осадской 87 б…
Карта прививок, возможные аллергические реакции. Какими заболеваниями переболела, какие травмы перенесла. Где училась, какие кружки посещала в детстве, все места работы, включая последнее— одним словом иллюзорный экран, что степенно двигался вниз мановением преобразованного стилуса в руке мужчины, давал весьма исчерпывающую информацию по моей персоне. Однако все это было продемонстрированно не иначе как для пущего эффекта, что подчеркнул и сам оратор своим «а теперь перейдем к главному».
С этими словами он направил свою указку на своеобразную кнопку прямо под моим фото. «Намеренное вмешательство» – именно такое незатейливое название имела эта клавиша цвета насыщенной охры. И о том, что она для меня откроет, развернувшись множеством маленьких трёхмерных окон поверх общей информации, я догадалась ещё до того, как это произошло.
— И так можно просмотреть каждого? —нервно сглотнув от понимания к чему дело идёт, предприняла я попытку для себя же разрядить нагнетающуюся атмосферу, — Майкла Джексона, например? Просто интересно он таки умер или это побег от известности…