— Честно говоря, все было бы гораздо хуже, не будь рядом тебя. Если бы вместо Леры меня предала ты… — он отстранился, внимательно посмотрел в мои ошарашенные глаза и закончил: — Этого я бы точно не пережил. Так что, может, оно все и к лучшему?
— Сравнил ты, друг, — веселый голос Никитина в дребезги разбил повисшую тишину.
Я по-прежнему смотрела на Влада не в силах пошевелиться, а тот позабыл обо мне, когда увидел гостя.
— Никитин?!
Романов, кажется, не сразу поверил глазам.
— Наша Лис, — продолжил Ваня, приближаясь, — скорее Родину предаст, чем тебя. Ну, привет, друг!
Радостная встреча двух лучших друзей получилось громкой. Пока парни обнимались, били друг друга по спинам и возмущали соседа Влада радостными возгласами, я вышла в коридор и обессиленно рухнула на сдвоенные стулья. Сердце нездорово колотилось, а дрожащие пальцы сводило в судороге. Я ненавидела себя за слабость, за то, что не смогла контролировать себя в такие моменты. Ненавидела, но ничего не могла сделать. Мне оставалось только привычно сбегать, чтобы ни Романов, ни кто-либо еще не заметили излишне очевидной реакции.
На звонок телефона я отвечала, не смотря на абонента.
— Алло…
— Алиса, — по голосу было понятно — Костя недоволен, — я хочу тебя увидеть. Давай поговорим.
Я тут же пожалела, что ответила.
— Я все тебе сказала, — прозвучало слишком равнодушно, хотя я не собиралась обижать Лешего.
Спохватившись, я мягко добавила:
— Костя, прости, пожалуйста. Я правда сейчас очень занята. И… нам не о чем разговаривать.
Леший раздраженно скрипнул зубами. Я понимала, почему он может быть расстроен, но его злость удивляла.
— Алиса. Я хочу тебя увидеть, — в голосе Лешего зазвучала жесткость, которую прежде я никогда не слышала. — Я приеду к тебе сегодня.
— Костя, не надо! — возразила я. — Это бесполезно. Я не буду с тобой разговаривать.
— Будешь, — отрезал Леший, потом понял, что сорвался и чуть теплее добавил: — Алиса, нам надо поговорить.
Не слушая ответа, парень отключился. А я глупо смотрела в черный экран телефона еще несколько мгновений, пока из палаты не вышел Ваня.
— Ты чего? — он удивленно посмотрел на мое ошарашенное лицо и приподнял брови. — Все в порядке?
Я заторможенно кивнула и попросила друга вернуться в палату, пообещав прийти через пару минут.
7
Осеннее солнце слабело и с каждым днем убегало за горизонт все раньше. За разговором с Ваней я не заметила, как стемнело. На маленькой кухне горел теплый свет, прохладный ветер тревожил тюлевые занавески, а я куталась в серую вязаную кофту, грела руки о пузатую кружку и, открыв рот, слушала рассказы Никитина про жизнь в Берлине. Друг сидел на кухонном диванчике, с аппетитом уминал уже третью порцию подстывшего плова и в красках делился впечатлениями.
Мы разговаривали уже несколько часов с тех пор, как вернулись из больницы, и я совершенно забыла про время. Лишь случайный взгляд на встроенные в микроволновую печь часы заставил испуганно встрепенуться. Циферблат показывал половину седьмого, а значит, у Кости, что работал в крупной IT-компании, уже час назад закончился рабочий день. Судя по его угрозе, он как раз должен был подъезжать к моему дому. Днем я несколько раз пыталась дозвониться до Лешего, чтобы переубедить, но парень не брал телефон, а на все сообщения отвечал кратко и раздражающе твердолобо: «Я приеду вечером».
— Лис! — я вздрогнула, когда Никитин помахал ладонью перед глазами. — Ты слушаешь меня вообще?
— А? Да! Прости, я задумалась.
Я бросила еще один взгляд на часы и нервно закусила губу. Встречу Вани и Кости нельзя было допустить. Никитин точно потом расскажет Владу, а Романов может наворотить дел, узнав о дурацком предложении. Да и стыдно, если честно, за маму и абсурдность ситуации.
— Лис? — Ваня внимательно смотрел на меня. — Что такое?
Я пожала плечами и показательно зевнула.
— Устала просто. Вань, я заслушалась, забыла про время. Соскучилась ужасно.
Никитин покачал головой и насмешливо протянул:
— Хватит юлить, Соколова. Пытаешься меня выпроводить?