Пролог
Двадцатое мая. Суббота. Прошёл месяц со дня пропажи моей любимой сестрёнки Элли. До сих пор не могу даже думать об этом. Это как страшный кошмар. Кошмар длиною в месяц. Но она действительно пропала. И я думаю, в этом есть моя вина. Потому, что я не был рядом...
Двадцатого апреля Элли со своими однокурсниками устроила вечеринку на даче нашего отца. Там должна была пройти обычная тусовка, — ничего особенного. Я собирался ехать с ними, но не сделал этого: доверился её тупому парню и поверил, что она будет в безопасности. В итоге, вечером все вернулись. Но не она.
Помню, днём того дня она мне написала: «Доехали! Вернусь поздно, не скучай!» Я ответил: «Живи давай, я за тебя волнуюсь». И она отправила дурацкий стикер с кривой рожей... После этого стикера, — она больше не появлялась в сети. Я не спал той ночью: сидел с телефоном в руке, проверяя, — не пишет ли она.
А утром мне написал Сэм: "Ты не знаешь, где Элли?" Он и сам её искал. Но я не верю, что он невиновен, не верю, что он действительно не знает, где моя сестра...
В первые дни мама так плакала, что сердце от её вида разрывалось... Сейчас, кажется, она уже немного привыкла. Хотя, её лицо давно не озаряла улыбка. Папа купил билеты на курорт, увёз её с собой, в поисках отдыха от всей этой ситуации. Я рад, что они решили уехать, но сам остался, не захотел лететь с ними. Лучше побуду здесь, вдруг Элли найдут, а ей будет некуда идти?
Мы сразу обратились в полицию: составили заявление, собрали всех, кто был на даче. Но всё оказалось бессмысленным, — показания друзей только запутывали всех нас сильнее. Виви, лучшая подруга Элли, уверена, что та села в машину. Говорит, видела, как она застёгивала ремень на заднем сиденье за минуту до выезда.
Сэм, напротив, утверждает, что она пропала задолго до отъезда: якобы он потерял её из виду ещё в разгар вечеринки. Остальные будто ничего не помнят. Всё очень запутано...
Я знаю одно: я Сэму больше не поверю. Он мне всегда казался липким, странным. Он слишком услужлив, фальшив. Вечно пытается влезть в нашу семью... Я не утверждаю, что это он её убил, но, если честно, не удивился бы. Полиция сейчас бездействует, говорит: «Уже нету смысла её искать. Она, скорее всего, упала в какую-то реку, и её унесло течением.» Но я не собираюсь сдаваться. Я её найду, или хотя бы выясню , что на самом деле с ней произошло
I
Я опять всю ночь не спал. Сложно уснуть, в такой ситуации, знаете ли... Хотя, я уже привык к такому режиму... Где-то 7 утра. Мне надоело просто лежать в кровати и я решил начать свой день пораньше, на этот раз.
На работу в 9. Поднялся, натянул на себя футболку и пошагал на кухню.
Ах, да... Совсем забыл представиться!
Я, — Эллиот Хейл. Был когда-то очень весёлым, жизнерадостным парнем... Мне 20, работаю курьером. Учился на юридическом, но меня оттуда недавно отчислили... А ещё у меня есть сестра, мать, отец и группа в инстаграм, состоящая из 9 моих друзей и меня.
Ладно. Этого вам пока что хватит, а теперь вернёмся к моему утру...
Времени было ещё много, по этому решил, хоть раз за этот месяц, нормально позавтракать: сварил себе кофе, сделал яичницу и тост с маслом. Я завтракал в последний раз наверное когда Элли готовила для нас обоих милые завтраки перед учёбой... Вспомнил. Глаза прослезились... Почему именно она пропала? Почему не кто-то другой? Их ведь там было много...
Телефон зазвонил: парень сестры... Не хочу отвечать. Он меня жутко бесит... Прошло немного времени, а он всё продолжал звонить. Всё-таки пришлось ответить.
— Ало... — тихо произнёс я в трубку, проглатывая яичницу, что жевал.
— Эл, привет... Не разбудил, надеюсь? — спросил он так, будто действительно волнуется за мой сон...
— Не спал... — отвечаю.
— Прекрасно... Я подумал поехать на ту дачу, может найду что-то... Можешь ключи дать на вечер?
Нет. На папину дачу я его одного не пушу. Не доверяю ему.
Никогда не доверял.
— Папа после этого случая никого туда не пускает... — соврал я, надеясь, что он отстанет.
Хотя, идея хорошая. Стоит поехать как-то туда, но уж точно не с ним.
— А если я с твоим отцом поговорю? Дай мне номер, я позвоню ему... — упрямо сказал Сэм, и мне надоело.