— Если только он не вернется?
Незнакомка вновь рассмеялась:
— Не вернется. Я хорошо знаю его теперь, когда мы расстались — точно так же ты хранишь в памяти место, из которого только что ушел, и ценишь его больше, когда не находишься там. Он никогда не был моим. Точно так же мы держим у себя лошадей и других животных, пока они не перестанут приносить пользу. Вот все, чем я была для него.
Эрик отметил, что ведьма на удивление осторожно подобрала слова. «Он не вернется» совсем не то же самое, что «Даже если придет, я не желаю иметь с ним ничего общего». Вслух же он сказал:
— Но это еще не говорит о том, что всадник не может быть настоящим другом для своего скакуна.
— До того момента, как лошадь перестает быть полезной, — печально повторила женщина.
Зоркий Глаз открыл налитые кровью глаза и тихо застонал. Ничуть не смущаясь своей наготы, он поднялся, двигаясь очень скованно и неуклюже, как старик, хотя оборотню не могло быть больше сорока. Покрытое густыми волосами тело оказалось крепким и мускулистым.
— Достаньте еды, — хрипло велел он. — Этот негодяй пытался меня убить.
— Что случилось с Кейсом? — требовательно спросил Эрик.
— Спрыгнул с уступа в пропасть. Просил передать спасибо за… Я забыл слова. Он сказал что-то, что друг может передать на прощание. У меня нет ответов на твои вопросы.
— Нет ответов на мои вопросы, — тупо повторил Эрик, не веря своим ушам.
— Я был в другом теле. Не лучший вариант для того, чтобы играть роль посланца. Оставь меня в покое. Мне необходимо обдумать то, что чуял и слышал волк. А сведений накопилось много. — Зоркий Глаз поднял бровь, глядя на иномирца, запоздало заметив его отношение к себе. — А что до того, что волк неоднократно спасал вас в лесах, когда опасности следовали одна за другой, что удерживал на расстоянии дракона, помимо всего прочего вплоть до напрасной беготни по всему этому миру… На здоровье, пилигрим.
Он направился вверх по ступенькам винтовой лестницы, держась руками за спину. А мгновением позже все в то же многострадальное окно, под которым сидели Незнакомка и иномирец, просунулась голова дрейка.
Хорошо, что Незнакомка вовремя заметила, что для Азиель, когда дракон стал протискиваться в окно, попросту не осталось даже щелочки, иначе дочь правителя могла кубарем скатиться со спины зверя прямиком на площадку из высушенной солнцем земли у подножия башни. Дрейк с трудом влез в помещение, зацепился крылом за раму и повалился на бок, едва не придавив Эрика, который был слишком поражен происходящим, а потому стоял столбом, даже не попытавшись увернуться, когда чешуйчатый зверь звучно плюхнулся на пол. Судя по этому звуку, он должен был переломать себе все кости. Незнакомка поспешно схватила Азиель и втянула ее внутрь.
— Не смей ко мне прикасаться! — тут же пронзительно завопила девушка, отбиваясь руками и ногами. — Не трогай меня! Ты хоть знаешь, кто я такая?
Незнакомка — которая, судя по всему, ожидала услышать как минимум «спасибо» после спасения вновь прибывшей — от такой наглости утратила дар речи. Дрейк же, едва завидев Эрика, со всех лап бросился к нему.
— Помогите! — завопил пилигрим, попятившись и уперевшись спиной в стену.
Дрейк успешно загнал его в угол, однако вместо того, чтобы напасть, ткнулся мордой в живот человеку, словно прося почесать его за ушком.
— Он не причинит тебе вреда, — высокомерно бросила Азиель. — Он мой. Не смей его трогать.
— Кто твой? — уточнила Незнакомка. — Эрик или зверь? Или вообще все и вся вокруг?
— Не смей так со мной разговаривать! — рявкнула Азиель, хотя дрожь в голосе выдала ее с головой — девушка была перепугана до полусмерти. — Ты хоть знаешь, кто…
— Ты — Азиель, дочь нашего Друга и Владетеля, — с улыбкой просветила ее Незнакомка. — И полагаю, мое предсказание оказалось верным. Не так ли, Эрик?
Но Эрик был в данный момент слишком занят жаждущим ласки крылатым гадом. Тот поднялся на задние лапы, поддерживая упитанный круп хвостом, и положил одну переднюю на грудь человеку, глядя ему в лицо самыми что ни на есть щенячьими глазами. Эрик почувствовал, как начали трещать ребра.
— Что с ним такое? — охнул он.
— Может, хочет пить, — небрежно пояснила Азиель. — Он любит пиво.