Я бежала, не чувствуя под собой ног. Просто парила над землей, едва-едва касаясь мерзлой поверхности. Перед глазами маячила голубая едва заметная дымка, мерцающая между деревьями. Преследователи не отставали. Казалось, я ощущаю чужое дыхание на своей хрупкой шее, и от этого становилось страшнее в разы. "Мгновение, всего лишь доля секунды", — билась мысль в голове.
Всего пара метров. Но мне не хватило скорости. Сильный толчок, и тело чудом удержалось в горизонтальном положении, сильно накреняясь вперед. Попытка двинуться дальше не увенчалась успехом, чья-то настырная рука навязчиво ухватилась за мою тонкую щиколотку. Башмак так же увяз в плену настырной конечности. Андрес, почувствовав неладное, резко дернул бедную тень в свою сторону, надеясь вырвать из рук наглых захватчиков. Я оказалась среди двух огней, хотя нет, не так. Скорее, сейчас я напоминала плюшевую мягкую игрушку, попавшую в руки двух проказливых мальчишек, которые решили поделить ее на две неравные части.
— Духи, — едва успела пискнуть я, содрогаясь от нарисованных сознанием перспектив, как оказалась в теплых руках моего хозяина. В пальцах разбойника остался лишь мой грязный башмак. Урвал все-таки.
Андрес быстро сделал шаг, и нас засосало в портал. Голубоватые звезды и разной величины огоньки мелькали перед глазами. Легкость во всем теле, стремительный взлет и медленное падение — радость, грусть, эйфория — смешались в одном теле, укутанном в грязный рваный балахон. Сознание, устав от постоянного напряжения, не отпускавшего последние несколько суток, решило отпустить себя само. И лишь уютное тепло обволакивало со всех сторон, даря умиротворение обессиленному телу.
— Ласка, я знаю, ты где-то рядом, — крик вырвался из груди. Я не замечала слез, потоком льющихся из моих глаз. — Это не ты. Я не верю, — Тихий шепот моих губ. — Я не скажу. Пожалуйста. Не бросай меня, у меня больше нет сил бороться, — конвульсии сотрясали худое тело. Глаза закатились, а изо рта пошла пена. Вот она, обратная сторона монеты — умирающий дар одаренного, последние его искры. Я — Таная, выгоревшая и отверженная, потеряла последнюю искру магии, еще живущую в моем теле. С этого момента я — тень, опасное не прирученное существо, способное убить любого, кто окажется на моем пути, и даже не вспомнит о столь "доблестном" деянии. Мое время пошло. Черная оболочка получила власть над мыслями и чувствами, теперь все, что я могу сделать для себя — как можно дольше оставаться стабильной. Иначе, все.
— Ласка, — то ли писк, то ли шепот вырвался из моей груди. Сознание уплыло, оставляя лишь тело на холодном шершавом полу.
Пробуждение вышло как всегда смазанным. Острая резь в глазах и сильная сухость во рту мешали продолжать "беззаботный" сон. Видения прекратились, останавливая калейдоскоп рваных моментов, сотканных из воспоминаний о моем прошлом. Но сознание не возвращалось, плутая где-то на задворках памяти. Резкая боль в районе горла и последовавший за этим тихий хриплый вздох — вот и все воспоминание, оставшееся в моей душе, вот и все — я снова вернулась. Сонное оцепенение отступило, а онемевшие мышцы пришли в движение, увеличивая ток крови в оцепеневшем теле.
ГЛАВА 10. Обретение дома
От усталости ломило все тело. Каждая косточка во мне сопротивлялась малейшему движению, похрустывая так, что, казалось, кости переломятся пополам. Сил не было совсем. Последний рывок дался мне нелегко, и вот теперь, выжатая, как лимон, я лежала на чем-то теплом и пышном и смотрела в синее бескрайнее небо, плавно выплывая из горьких воспоминаний. "Тепло. Уютно", — промелькнула в голове мысль. Вставать не хотелось совершенно. Но эйфория от мысли о нашем славном побеге начала потихоньку покидать, возвращая в суровую реальность. Пусть так, жизнь возвращается в привычную колею, но этот смачный плевок в душу Корана я не скоро забуду. Эти сладостные воспоминания будут греть меня по ночам, даря ощущение непобедимости и вседозволенности. Имею право. Я — тень Андреса Лаарханэ, великого мага современности.
Немного пролежав со злобной улыбкой на устах, медленно приподнялась и огляделась. Андрес сидел неподалеку и мило улыбался, не забывая пожевывать сочную травинку. Прямо подо мной обнаружилась настоящая теплая перина, происхождение которой вогнало в ступор бедную тень. Тихонько вздохнув, опустила ноги на землю и решительно встала.