— Не переживай, самое интересное не пропустишь, — прошелестел рядом старческий голос, а его обладатель легонько дотронулся до меня, и, что странно, прикосновение я почувствовала. Потоптавшись рядом, старый маг произнес:
— Новая медицинская разработка и никакой магии. Все гениальное просто, — усмехнулся.
— Мордашку и тельце я подправил, сама понимаешь, вздутые синюшные вены по всему телу вряд ли возбудят мужчину, а при слиянии, пусть и насильственном, хочу, чтоб было все красиво, тем более, запись сего действия должна быть настоящей, доказательства они не терпят каких-либо внешних воздействий, — глумливо улыбнулся. — Будь умницей и, может быть, почувствуешь удовольствие, я еще не так плох, как выгляжу, — подмигнул мне и довольно улыбнулся. От этого оскала если бы могло, то меня бы перекосило, а так я, как фарфоровая кукла с мигающими глазами, просто уставилась на него.
— Да шучу я, шучу — проворковал он. — Последние твои минутки ты проведешь со своим мальчиком, не переживай. Правда, это будут и его последние мгновения, хотя это так… романтично, умереть в один день и даже в один миг — блеснул глазами и завалился на бок, опираясь о стену.
Это был истерический смех безумно довольного собой человека, и что-то мне подсказывало, что смеется он один, некоторым совсем не весело, но есть и плюсы — не холодно. Тело совершенно не ощущало ничего и, кажется, страх начал уходить, заменяя себя равнодушием. Слегка отупевшая, прислоненная к той же стене, я все звала и звала моего мага, отклика не было, надежды тоже. Перед глазами мелькнули воспоминания, которые с болью в сердце гнала от себя раньше. Воспоминания убивают, но есть способ жить дальше — не думать, не вспоминать, забыть… Сейчас как никогда мне хотелось помнить, перед глазами красивым калейдоскопом промелькнули воспоминания — наша первая встреча, его взгляд и усталое, измученное лицо, наш поцелуй в его комнате и последовавшая за ним ночь любви, и восхищенный взгляд мага, не подозревавшего о моем побеге… моя любовь… "Не сдамся, так просто ни за что, тем более кому… слетевшему с катушек старикану, чем-то неуловимо напоминающему парнокопытное", — ухмыльнулась своим мыслям, маг с выцветшими белыми волосами и седой бороденкой клинышком несказанно напоминал одно всем известное животное.
— Деточка, времени осталось немного, поэтому кратко изложу твою роль, — прервал мои размышления дядюшка Александр.
— Понимаешь, слияние для девиц процесс болезненный и опасный. Скажем честно, процентов семьдесят не выживает, но зато минуты блаженства стоят того. Молодость, любовь, ах, — картинно закатил глаза. — А если немножко подкорректировать сей процесс, то можно получить не только удовольствие, а еще огромный выброс энергии, а с твоим даром, пусть и крохотным — выброс энергии можно поглотить, как, впрочем, и всю магическую силу партнера. Поэтому относительно того, кем он будет, можешь не сомневаться. У меня желание быть выпитым без остатка нет, так что даже позарившись на твои прелести… увы и ах, — слегка ухмыльнулся, шаркая ногами с преувеличенным старанием, отошел к огромному, притулившемуся в углу стеллажу. Повернувшись ко мне, внимательно посмотрел и, отвернувшись вновь, манерно размахивая руками, извлек на свет божий какую-то смятую тряпицу, на поверку оказавшуюся комплектом нижнего белья противного розового цвета с умопомрачительными рюшами.
Меня внутренне передернуло от удовольствия лицезреть эту "неземную" красоту на своем теле, и еще больше огорчило, что по замыслу старикашки, моим видом насладиться еще и Андрес. О, духи, последним видением в жизни Андреса станет розовая безвкусная тряпочка и собственная тень. Не о том я думаю, но все же эта мысль заставила меня встрепенуться, мысленно.
Сосредоточившись на передвижениях старика, я затаилась, ожидая следующего взгляда. Немного покопавшись в своих запасах нижнего белья, и, видимо, не найдя ничего более подходящего к случаю, он двинулся ко мне с целью примерить предмет женского гардероба и подготовить к предстоящему. Был бы у меня голос, озвучила бы свой протест и, может быть, помогла бы подобрать вещь более приемлемую, хотя бы огласила недостатки этой.