— Это было интересно. Да ты кушай…
— Спасибо. Пункт второй: эта изобретательница жестяных батарей почти все деньги потратила на закупку в Германии станков для мебельной артели, и других станков, нужных, чтобы мебельные станки потом самим делать. А потом принесла мне, вроде как на проверку, финплан артельный.
— Ну кому как не тебе артельные финпланы-то проверять!
— Вот именно, поэтому мне и стало интересно. Между прочим, эта ехидная дама…
— Что, еще более ехидная, чем ты?
— Я ей в подметки не гожусь. Она вроде как артельный финплан принесла, но… Я уже сказал, что она все деньги на мебельную артель потратила? Не совсем все, а на артель чуть больше семисот тысяч, причем это со строительством жилья для новых членов артели. Так вот, к началу весны все ее вложения окупятся и появятся деньги и на начало строительства станкостроительного заводика, и много еще на что. Я к чему: финплан артели, который она мне подсунула, она мне подсунула не как финплан артели…
— Ты на вино-то не налегай, а то понять тебя становится трудновато.
— Да я вообще ни глотка еще не сделал! Она мне подсунула образец структуры предприятия, которое окупается за полгода, обеспечивает остродефицитные товары народного потребления и, что особенно интересно, выводит соответствующую отрасль народного хозяйства на цикл саморазвития. Если этой артели не мешать, то через полтора года они, без копейки финансирования от государства, выстоят завод, который мебельные фабрики будет по пять штук в год запускать!
— А каждый из них через полтора года… я эту игру знаю. И зачем нам столько мебельных фабрик?
— Этой артели нужна фабрика для производства мебельных лаков, фабрика для изготовления каких-то деталей из пенорезины, химическая фабрика, где каучук будут для этого производить. Так вот, пять таких мебельных фабрик все необходимые заводы сырья за год выстроить смогут, причем полностью за свой счет!
— И кто им мешает?
— Мы. Стартовое производство предполагает, что все оборудование будет заказано в Германии, у нас просто никто ничего подобного не делает.
— Мы думаем, что если эта дама желает деньги потратить на закупку чего-то в Германии…
— То не надо ей препятствовать. Мы платим германским заводам, эти заводы платят зарплату своим рабочим, рабочие покупают у нас продукты. У нас ведь в планах заложены огромные объемы поставок продуктов освобожденным странам, так давай мы их будем не дарить, а продавать!
— Если у нас будет, что продавать: в этом году у нас недобор по сельхозпродукции какой? Ладно, эта дама пусть свои деньги тратит в Германии, но мы не можем это разрешить всем. Нашим заводам и фабрикам тоже деньги нужны за произведенную продукцию. Всё, ужин закончен, я буду работать. А ты — иди… а про кирпичи из земли ты мне в письменном виде всё изложи, это действительно интересно.
С материалами института народного хозяйства получилось гораздо проще и быстрее, чем предполагала Таня. Профессора в институте были людьми солидными, но там работало и довольно много людей попроще — и девушка нашла там ассистента с кафедры, который работал в робкой надежде когда-нибудь добраться по карьерной лестнице хотя бы до доцента, а пока трудился, получая совершенно копеечную зарплату. Но в его обязанности входило, в том числе, и проверка студенческих конспектов, которые самим студентам после окончания очередной сессии были, в общем-то, не нужны — и из которых профессора компилировали свои «труды» в качестве учебных материалов для будущих поколений советских экономистов. Переписывать «стратегические запасы» он, конечно, не стал — но просто дать их почитать (за весьма умеренную плату) Тане не отказался. Так что Шэд Бласс смогла прильнуть к «источнику мудрости».