Следующие пол часа прошли в тишине. Тишине, которую изредка нарушал низкочастотный гул изнывающих от неукротимой бомбардировки стен. А так же хаотичный, совершенно асинхронный стук шагов, что моментально разносился превосходной акустикой древнего коридора. Ещё одним из немногочисленных звуков стремящихся нарушить воцарившуюся тишину, было шипящее пыхтение клапанов шагающих за жрицей поджигателей.
По мере приближения к заводу в коридоре начали появляться редкие и тусклые лампы, что заменили собой потрескивающие и воняющие гарью факелы. Лампы эти работали не стабильно, часто мерцали. Да и свет, что исходил от них был каким-то жёлтым и чахлым. На стенах встречались старые, изрядно выцветшие указатели, оповещающие, что мануфакторий уже близко.
Следя за грациозно вышагивающей Эльзой, Фирз напряжённо хмурил своё усталое, полнящееся напускным безразличием лицо. Единственное, чего он хотел так это поскорее сбежать из крепости. Сбежать подальше от этой злобной, но до безумия красивой жрицы. Эльза тем временем сняла с пояса свою маску и поспешила спрятать прекрасное личико за стальным ликом девы Марии. Закончив возиться с креплениями, она нахлобучила на голову капюшон своей робы и в очередной раз обернулась, что бы пронзить Фирза пугающим взглядом сияющих в полумраке визоров. Как бы она хотела избавиться от него. Вытащить его из своей головы словно занозу, что увязла глубоко под кожей и не хочет уходить.
Десятник же в ответ лишь улыбнулся и наигранно помахал ей рукой, словно приветствуя после долгой разлуки. Разъярённая девушка лишь недовольно фыркнула и поспешила отвернуться.
Фирз же скинул с головы капюшон и задумчиво провёл ладонью по влажным от пота волосам. Сейчас он поймал себя на мысли, что во всей этой группе он единственный у кого нет маски. Единственный, кто не прячет своего лица. Впрочем, десятник прекрасно понимал все преимущества защитных масок, в особенности преимущества их хитроумных оптических систем. При недостатке или наоборот, чрезмерном избытке света, эти устройства могут спасти жизнь своему носителю, позволяя своевременно сориентироваться и принять решение. Но ему такая роскошь не светит. Кто он такой? Обычный вояка-гвардеец, каким-то чудом дослужившийся до десятника и оставшийся в этом недозвание навсегда. Порывшись в кармане своей робы, он вынул помятую пачку, из которой изъял последнюю, да и то уже начатую и когда-то недокуренную сигарету. Спичка в коробке тоже оказалась последней и как на зло, в отчаянной попытке прикурить, она сломалась. Фирз неразборчиво выругался, не выпуская из рта сигарету.
— Огоньку? — раздался неприятный, искажённый статическими помехами голос одного из поджигателей.
Фирз приподнял глаза, оторвавшись от изучения сломанной спички. Жутковатые, круглые линзы одного из облачённых в скафандры фанатиков смотрели прямо на него, впрочем, как илинкованные трубы его огнемёта. Фирз побледнел, чуть было не выронив свою сигарету.
— Я серьезно, десятник. Можешь прикурить, если духу хватит, — послышался неприятный, рычащий хохот из под шлема и поджигатель тут же щёлкнул одним из тумблеров.
Пламя горелки, что расположилась на конце закопчённых труб, стало в два раза выше. Несколько секунд помедлив, Фирз всё же решился прикурить, не желая прослыть в гвардейской среде трусом.
Он осторожно наклонился, прикуривая сигарету от шипящей горелки, невольно представляя себе ужасные картины того, что произойдёт если фанатик-поджигатель нажмёт на спусковой крючок. Жуткие образы явственно всплывали в подсознании, от чего на лбу десятника проступила испарина. Въедливый запах липтриона, которым стойко пропитались закопченные трубы огнемёта, вызывал лёгкую тошноту и лишь усиливал пугающий эффект сего действа.
— Спасибо, — поблагодарил десятник, медленно выдыхая терпкий дым.
Поджигатель молча кивнул и принялся догонять остальных членов группы, что успели за это время значительно продвинуться вперёд. Фирз последовал за ним.
— Как твоё имя? — поинтересовался десятник, делая очередную жадную затяжку.
— Ха, и не мечтай! Мы с тобой не друзья, пёс. Так что прибереги свою болтовню для кого ни будь другого, — насмешливо прокряхтел шипящий помехами голос.
— Да я и не претендую, — пожав плечами и выдохнув облачко дыма, ответил Фирз.
— Где вы там мать вашу! Или ты снова задумал бежать, пёс? — послышались повизгивающие крики Эльзы, заметившей как отдалился её десятник.
— Всё нормально, моя госпожа, просто небольшой перекур, — вступился искажённый помехами голос поджигателя.
— Рано отдыхать, Раймонд! Сначала дело, потом перекур! — не унималась девушка, строго грозя указательным пальцем.