— Насколько я понял, это «Пронзающий Небеса». Мы прямо в центре Церта-Сити! — Николай начал измерять шагами номер. Он нервничал и бесцельно курсировал от одной стены до другой, не находя себе места.
— Башка болит. Последнее что я помню, это морду этой твари, — схватившись руками за голову бормотал Фальтус.
— Да, этот крокодил тебя вырубил, а потом ещё и вколол какую-то дрянь. Не знаю, что он там тебе вколол, но ты почти сутки был в отключке, — нервно причитал Николай, наконец-то остановившись перед окном.
— Ты видел его рожу? — Приподняв голову, уточнил Фальтус.
— Да видел я! Но сейчас не об этом речь! — Раздражённо ответил Николай, уставившись в окно.
Фальтус с усилием выбрался из кресла, которое хотело вернуть его обратно, затягивая словно мягкое болото. Шатаясь из стороны в сторону, неуверенной походкой он направился к своему другу. На несколько минут задержавшись у огромного, занимающего пол стены зеркала, Фальтус с пренебрежением принялся изучать своё отражение. Помятый, грязный костюм и такое же лицо. На пиджаке налипли ветки и комочки земли. Некогда белоснежная рубашка стала серой, рваной и теперь больше походила на старую половую тряпку. Промокший галстук висел на шее словно удавка. Фальтус неловким движением попытался поправить растрёпанные волосы, но у него ничего не вышло. Рядом с зеркалом стоял небольшой журнальный столик, на котором красовалась изысканная ваза с несколькими десятками жёлтых тюльпанов. Возле вазы лежала аккуратно сложенная газета.
Свежая пресса, — невнятно и еле различимо подметил детектив, удивившись тому, что произнёс это вслух.
От газеты пахло типографской краской. Дата, что расположилась в углу, утверждала о том, что выпуск сегодняшний. Фальтус попытался пробежаться по заголовкам, но буквы плыли перед глазами и с трудом удавалось что-то разобрать.
«Семнадцатый сектор пал», «критические потери», «авангардная армия разбита», «доблестный генерал Абрахт», «победа близка». Это всё, что удалось вычленить из скачущих и плавающих перед глазами строк. Швырнув газету обратно на стол, Фальтус неуверенным шагом направился к окну.
— Да, пожалуй ты прав. Это действительно «пронзающий небеса», — заключил детектив, поравнявшись с Николаем.
За окном, далеко-далеко внизу суетился Церта-Сити. Маленький, словно игрушечный. С такой высоты он казался даже красивым и каким-то спокойным. С такой высоты не было видно всей той грязи, что есть на самом деле. От осознания того, на какой высоте он находится, Фальтуса всего передёрнуло. Да, глава тринадцатого отдела и правда не любил летать, но ещё больше он не любил падать и поэтому всячески старался избегать подъёмов на высоту. Сам факт того, что он сейчас стоит перед пропастью, от которой его отделяет тонкое стекло, заставлял Фальтуса нервничать и испытывать первобытный страх.
— Дверь номера закрыта. Я пытался выбить, но всё без толку. Нужно искать другой выход отсюда, — почёсывая щетинистую щёку, заключил Николай.
— Ну, прыгать или спускаться по верёвке я точно не стану. Лучше уж… — нетрезво начал бормотать детектив, разглядывая мельтешащие внизу точки-машины, проносящиеся по дорогам вечно суетящегося города.
В этот момент он живо представил, как падает вниз. Падает и летит с невообразимой скоростью к этим машинам. Невольно зажмурив глаза, детектив сделал шаг назад.
— Точно! Нам нужна верёвка или простыня! — Оживился Николай и бросился потрошить аккуратно застеленную кровать.
— Что? Ты идиот что ли? Я же сказал, что не полезу! Да и какая такая должна быть простыня, что бы спуститься вниз? — размахивая руками, ворчал Фальтус, следя за тем, как его товарищ достаёт простыни.
— Нам и не нужно вниз. Мы просто спустимся на этаж ниже, а дальше уже по лестнице или на лифте. В общем, выберемся, — заявил Николай, торопливо скручивая простыню.
— Это бред! Это слишком опасно, — настаивал детектив.
— Как знаешь. Можешь сидеть здесь. Я не настаиваю, — улыбнулся Николай.
— Подожди, а где щит? — несколько обескуражено спросил Фальтус, ладонью выискивая устройство под рубашкой.
— Забрали. Крокодил очень заинтересовался этой технологией. Щиты с нас сняли, — не отвлекаясь от дела ответил Николай.
— Ну прекрасно, — недовольно выдохнул детектив и направился обратно к своему креслу. Через мгновение он уже был там, обволакиваемый мягкостью и комфортом.