— Замечательно. Теперь ещё и это, — недовольно ворчал Фальтус, хмуря лоб.
— Вот, возьмите. Принимайте, когда снова появиться боль, — доктор Петерсон протянул своему пациенту коричневатую, стеклянную баночку с таблетками.
— А как… — начал Фальтус, взяв баночку в руки.
— Схема приёма вот здесь, — перебил Петерсон, предугадав, что именно хочет спросить пациент. Доктор протянул заранее подготовленную бумажку, на которой всё было подробно расписано. Все рекомендации и наставления.
— Спасибо, — поблагодарил детектив, закинув в рот несколько таблеток.
— Не за что, мистер Фальтус. — улыбнулся доктор, упаковывая свою коробочку обратно в чемодан.
— Значит всё ни так уж и плохо? — уточнил Фальтус, следя за доктором.
— Всё плохо, но не настолько, что бы паниковать. Однако я бы посоветовал Вам пройти полное обследование в нашей клинике. Возможно, Вам потребуется стентирование коронарных сосудов, — спрятав коробочку, доктор поправил очки и снова улыбнулся.
— Операция? — удивленно спросил детектив, изменившись в лице.
— Пока речь идёт про обследование, мистер Фальтус. Не торопите события. А вот рубашку Вы рановато одели, я бы хотел ещё Вас послушать, — снимая с шеи свой стетоскоп, произнёс Петерсон.
— На сегодня хватит. Мне стало гораздо лучше. Спасибо, — отмахнулся Фальтус.
— Но мне нужно проверить, нет ли шумов в сердце и… — настаивал врач.
— Я сказал, хватит! Спасибо! — грозно рявкнул детектив.
Петерсон от неожиданности замер, но вскоре снова улыбнулся как ни в чём небывало. Взяв свой пузатый чемоданчик, доктор направился к выходу.
— Доктор Петерсон! — окликнул его развалившийся на кровати Фальтус.
— Да, — врач остановился возле двери, не понимая, чего же ещё нужно непослушному пациенту.
— Вы знакомы с доктором Карновским, не так ли? — взгляд детектива был тяжёлым и полным подозрения.
— Да, я курировал проект по пересадки сердца. Вильгельм сыграл важную роль в возвращение лорда Бальтазара. — Петерсон кивнул головой, словно отвешивая поклон.
— Значит Карновский пересадил украденное в подворотне сердце… — задумчиво бормотал Фальтус, доставая из кармана пиджака пачку сигарет.
— Да, так и есть. И кстати, я бы на Вашем месте воздержался от курения, — напоследок предостерёг Петерсон и покинул номер своего пациента.
Фальтус снова остался один. Один на один со своим больным сердцем, банкой таблеток, сигаретой и бессонницей. Теперь всё прояснялось и становилось понятнее. Сердце и кардиохирург. Саркофаги и ангелы. Гидра и Уроборос. Всё становилось прозрачнее и яснее. Последней и самой сложной загадкой был Сетт и его прихвостень Дарий. Но при поддержки Уробороса они легко смогут попасть в Китай и проверить имеющуюся зацепку. Оставалось надеяться, что Асмодей его не обманет и действительно освободит Вергилию и Карновского.
Глава 13 «Хозяин»
Сказать, что Вергилия была напугана, это ничего не сказать. Она была в ужасе, парализующем волю и тело. Её похитили из дома, прикончив прислугу и охрану. Похитили и подарили этому красноглазому демону. Подарили, словно игрушку. Да, теперь она рабыня и отныне у неё есть хозяин. Но чего ждать от этого хозяина? Этого она не знала и от того становилось лишь страшнее.
Вергилия неподвижно сидела на жёстком, неудобном стуле в просторных покоях, что считала тюрьмой. Покои заставлены многочисленными вешалками с разными нарядами, от чего больше походили на театральные закрома. Да и сами костюмы, что висели на этих вешалках, больше напоминали театральный реквизит, нежели нормальную одежду. Средневековые мантии, расшитые золотом и украшенные мехами, кафтаны, тонкие туники и множество причудливых шляп. На стенах висят картины, а на полу лежат медвежьи шкуры. В воздухи стоит приторный запах духов. Запах, от которого моментально начинает кружить голову.
Жёсткий корсет неудобного платья не позволял пленнице сделать глубокий вдох, от чего приходилось дышать часто и поверхностно. Из-за обилия шпилек и заколок в её хитроумной причёске, голова казалась невероятно тяжёлой и от этого невыносимо уставала шея.
Уже около десяти минут Вергилия не спускала глаз со своего хозяина, что сидел на мягком кресле перед большим туалетным столиком. Таким столиком, который есть в гримёрке любого уважающего себя артиста. Бальтазар непрерывно орудовал кисточкой, нанося всё новые и новые слои пудры на своё лицо. Закончив с пудрой, он принялся красить чёрной тушью свои неимоверно длинные и густые ресницы. Его движения были быстрыми и точными, словно он делал это великое множество раз, на протяжении великого множества лет. Вергилия наблюдала за ним, испытывая одновременно страх и интерес. Интерес к тому, какой же он на самом деле. Красивый или жуткий? Девушка за всё это время ни разу не видела лица своего хозяина. Даже сейчас, он сидел к ней в пол оборота, что не позволяло по-хорошему разглядеть его лицо. Всё, что она могла разглядеть, это невероятно длинные, остроконечные уши и прекрасные серебристые волосы.