Бальтазар ничего не ответил, лишь сделал до предела недовольную мину. Ему совсем не нравились те игры, в которые его ввязывает Асмодей. Путешествие в Китай, на поиск Видящего, казалось ему чистой воды авантюрой. Но отказаться от этого он не мог, так как другого выбора не было. Асмодей прав, Сетт был нужен, что бы окончательно разобраться в этом безумии.
— Где твои братья? Где остальные полукровки? — высокомерно произнёс Бальтазар, стараясь всем своим видам дать понять, что они не ровня.
Да, Бальтазару былотвратителен сам факт того, что эти гибриды появились на свет. Мерзкие твари, не достойные стоять рядом с ангелами. Не достойные быть среди людей, пороча своим существованием идеалы Создателя. Полукровки по мнению Бальтазара были ни чем иным как ужасной ошибкой, допущенной его недальновидным другом Асмодеем. Но выбора не было и великому древнему ангелу приходилось терпеть присутствие полукровок, в угоду общего дела.
— Отец отправил их с важной миссией. Отправил найти ещё одного ангела, — пояснил Ёрмунганд, оглянувшись на стоящих за его спиной змееголовых, словно проверяя, не сбежали ли они ещё.
— Ангела? — переспросил Бальтазар, не спуская глаз с золотой змеиной маски.
— Караэля. Им поручено найти и доставить Караэля. — нехотя бросил Ёрмунганд и направился в сторону выхода. Змееголовые последовали за ним.
— Караэль значит… — задумчиво произнёс Бальтазар, глядя в след удаляющимся гостям.
Глава 14 «Циклон»
Оборона была прорвана на нескольких участках линии фронта. Сопротивление не имело никакого смысла, но они всё же сопротивлялись. Сопротивлялись гордо и ожесточенно, смирившись с неизбежностью и неотвратимостью своей гибели. Авиация О.С.С.Ч. непрерывно сбрасывала бомбы на орудия крепостной обороны, надеясь заставить их замолчать. И надо признать, у них это получалось. Большая часть «искупителей» была уничтожена, превратившись в охваченные огнём куски металла. Фортификации были разрушены, похоронив под собой десятки Иерихонцев. Но кое-что ещё оставалось и этого было вполне достаточно, что бы заставить обнаглевшего врага понервничать. Установленные на крыше Цитадели автопушки, непрерывно поливали огнём кружащих в ночном небе бомбардировщиков. Бронебойные снаряды автопушек трассерными линиями разрывали полумрак, неся гибель крылатым машинам. Изрешечённые плотным огнём самолёты с леденящим кровь свистом пикировали вниз и, встретившись с землёй, взрывались, разбрасывая свои железные останки на десятки, а то и сотни метров вокруг. Залпы ракет класса земля-воздух, выпущенных из уцелевших фортификаций, разрывали проклятые самолёты на куски. Куски, которые пылающими кометами сыпались вниз, прямиком на головы сражающихся солдат. Невероятно долгая, беспрестанная бомбардировка значительно ослабила стены неприступной крепости, из-за чего тут и там в них образовывались пробоины, осыпающиеся гранитной пылью. Рухнули каменные изваяния, олицетворяющие мощь великих архангелов. Рухнули охваченные пламенем врата неуязвимого бастиона. Пламя объяла исполинскую крепость, озаряя собой всё на сотни метров вокруг. Взрывы оглушающим грохотом били по ушам. Треск крупнокалиберных винтовок перехватывал дух. Над головой, со свистом, проносились осколки, выискивающие случайную жертву. Всюду трупы, кровь и раскуроченная техника.
Земля дрожит, словно живая. Она словно бьётся в конвульсиях, вызванных неукротимой и беспрестанной бомбардировкой. Яркие всполохи взрывов, столбом огня рвущихся к мрачному ночному небу. Свист осколков, проносящихся над головой. Проносящихся совсем рядом со своими случайными жертвами. Враг неумолимо теснит остатки гарнизона, заставляя сдавать траншею за траншеей. Потери катастрофически велики. Но семнадцатый сектор и не думает сдаваться. В тех траншеях, где уцелели бункеры, удерживать позиции было гораздо проще, и гвардейцы старались концентрироваться именно там. Оглушающий грохот автопушек дезориентировал. Огромные, перегретые стволы этих орудий, что угрожающе торчали из амбразур бетонных фортификаций, с завидной регулярностью выплёвывали всё новые и новые снаряды. Снаряды, что играючи разрывали плоть наступающих и прошибали металл их легкобронированных машин. Трассерные линии алыми росчерками разрезали ночной полумрак, указывая приоритетный вектор огня для остальных. Засевшие в примыкающих к бункеру траншеях гвардейцы, поливали противника шквальным огнём на подавление. Грохот «разящих» вторил неистовому гулу автопушек, сливаясь с ним в единую ужасающую какофонию. Гильзы сыпались градом, заваливая собой дно окопа. Плотность огня была достаточной, чтобы эффективно перемалывать несчастных О.С.С.Ч., не позволяя им приблизиться.