– Бросьте оружие, – сказал он высоким тенором.
Я даже подумал, что из него бы вышел неплохой трубадур или певец, уж получше того, что стоял в другом конце зала, пытаясь слиться со стенкой. Несколько посетителей, которым не удалось вовремя сбежать через кухню, прятались под столами. Гитаристка сидела на стуле на помосте, как и прежде, и теперь, когда стихли крики и звон металла, я услышал, что она все еще играет.
– Можешь уже остановиться, – крикнул ей Брасти. Ему удалось схватить лук и перекинуть через плечо колчан.
– Мне скучно, здесь больше нечего делать, – прокричала она в ответ.
Иногда мир бывает глупым, ужасно глупым местом.
Рыцарь-капитан сделал шаг вперед.
– Именем Росета, герцога Лутского, я приказываю вам сложить оружие и сдаться.
– Вы же помните, что мы находимся в Араморе? – спросил я.
– У нас есть право преследовать преступников на протяжении десяти миль от наших границ.
– А насколько близко мы находимся? – уточнил Брасти.
– Намного ближе.
– И на каком основании вы хотите нас арестовать? – спросил я.
– С этим мы разберемся в Луте, – ответил он.
Я наконец-то понял, что меня настораживало во всем этом сценарии. За нами и раньше гонялись рыцари, но мы еще не успели даже войти в Лут. А затем я увидел, как рыцарь, находившийся под прикрытием, что-то прошептал на ухо капитану. Он указал на нас – вернее, на девушек.
– Дариана.
Она посмотрела удивленно.
– Да, первый кантор?
– Возможно ли, что не все люди, которых за вами послала Трин, от вас отстали?
– Знаешь, я их не пересчитывала вообще-то. Думаешь, нужно было?
– Да, в будущем не стоит этим пренебрегать.
Три воина достали арбалеты и принялись их заряжать.
– Вам не следует этого делать, – предупредил Брасти.
– Не указывай моим людям, шкурник, – сказал рыцарь-капитан. – Вы сдадитесь мирно или мне следует приказать своим парням начать атаку?
– А почему воины Лута должны исполнять распоряжения рыцарей, посланных герцогиней Херворской? – спросил я. – Или ваш герцог уже передал свои земли самозванке, которая вознамерилась узурпировать престол Тристии?
Рыцарь-капитан окаменел лицом.
– Нет ничего бесчестного в том, что рыцари помогают друг другу задержать опасных преступников.
– Только мы не виновны ни в каких преступлениях, – отозвался я.
– Мой собрат-рыцарь сообщил мне, что эта маленькая ведьма совершила несколько убийств.
– Фалькио, – тихо позвал Кест.
– Что?
Он вздохнул. И я тут же понял.
– A-а! Опять говорю вместо того, чтобы драться?
Он кивнул.
– Дайте я всё улажу, – предложил Брасти. Он посмотрел на рыцаря-капитана и громким, командным голосом произнес: – Хорошо. Мы сдаемся.
Рыцарь удивился.
– В самом деле?
– Абсолютно.
– Тогда бросьте оружие, шкурники.
Брасти уронил на пол лук, который приземлился ему на левую ногу. Он поднял руки.
– Видите? Не нужно больше насилия.
Мы с Кестом поглядели на него, ничего не понимая. Он что, потерял рассудок?
– А что? – спросил он. – Мы раньше никогда не пробовали сдаваться. Я просто хотел понять, каково это.
Рыцарь улыбнулся. Отвратительная ухмылка только испортила вполне симпатичное лицо.
– A-а, теперь понял, – сказал Брасти, все еще держа руки вверх. – Это лицо не слишком убеждает меня в чести вашего герцога.
Дариана ткнула его в бок локтем.
– Если ты пытался поразить меня своим интеллектом, Брасти Гудбоу, то только всё испортил.
Брасти посмотрел на рыцаря, Дариану, затем на меня.
– Видишь, что выходит, когда я стараюсь поступать по уму? Ты мне всегда говоришь, что я слишком беспечный, но когда я… Ну ладно. К черту всё!
Он вскинул ногу, и лук взлетел в воздух. Одним движением Брасти схватил его левой рукой, правой вытащил из колчана стрелу и навел ее. Он проделал это с такой быстротой, что казалось, он даже с места не сдвинулся.
– Передо мной семнадцать уточек, – громко произнес Брасти. – Семнадцать желтых уточек, стоящих в ряд. Сколько нужно выбить, чтобы получить приз?
– У вас есть еще шанс решить всё миром, сэр рыцарь, – предложил я. – Отзовите своих парней и поклянитесь, что оставите нас в покое, – тогда сможете вернуться в Лут.
– А эти трое останутся. – Валиана показала на людей Трин. – Потому что они хотели убить наследницу престола.