— Джон, я всё, — кашлянула Кира, прислонившись к стене, и начав по ней сползать. — Он мне кишки порезал, я всё.
— Домой сам пойдешь, — быстро отрезал Европа, и, подбежав к Кире, взял её под локоть. — Кира, домой, быстрее!
— Я не… — Кира закашлялась.
— Мне не успеть, Кира, постарайся!
Я увидел, как у Киры на спине, где-то на уровне сердца, вспыхнул зеленый круг. В следующий миг Европу и Киру окутали пылевые вихри, сделав их силуэты неразборчивыми, и они, став быстрым и невесомым облаком пара, умчались прочь.
Оставшись в переулке один, я столкнулся с пугающей, тяжелой тишиной. Стены были забрызганы черной водой и кровью. Я почувствовал, как к горлу подступает рвотный ком. Кое-как сдержавшись, я отвернулся, и сделал глубокий вдох, переводя дух. Если бы не мечники, меня бы точно убили, бесспорно. Ударом, нанесенным Кире тенью, меня бы вообще разрубило на пять кусочков.
Всё позади.
Из-за угла выбежал Рю, рядом с ним бежал один из ребят. Вместо того, что бы обрадоваться, я испытал интерес к тому, бил ли он меня ногами вместе с остальными. Парнишка был невзрачным, выделяясь только тем, что носил растрепанные длинные волосы.
— Вот! Вот учитель Рю! Тут! — кричал он.
Рю подбежал ко мне, и с испугом посмотрел на меня, сев передо мной на одно колено, и положив руки на мои плечи. Понаблюдав за мной пару секунд, Рю сказал:
— У него шок. Рэн! Ты цел? — спросил Рю.
Я кивнул. Я не знал, в порядке ли я. Мне вдруг стало очень тревожно за Хелю. Из-за меня пострадала Кира, значит, и Хеля может пострадать. В приступе самобичевания я решил, что опасен для окружающих, что мне надо уйти и скрыться от общества.
Глаза Рю вдруг расширились. Он осмотрел меня с ног до головы, и резко отскочив, нанес мне удар рукой в голову. В глазах потемнело, посыпались искры, раздался короткий звон и я потерял сознание. Видимо, Рю тоже понял, что я опасен, и решил разделаться со мной. Во мне не возникло злости, напротив, я был благодарен Рю за то, что он хотел позаботиться о людях, избавив их от меня.
Меня разбудил запах еды, сочившийся сквозь приоткрытую дверь. Открыв глаза, я увидел потолок своей комнаты. Голова болела так, будто по ней настучали молотком, а всё тело ломило от боли и переутомления. Организм отказывался работать, и любая попытка привстать кончалась одинаково. Чуть приподнявшись, я беспомощно валился на кровать, как немощный. Блеск.
Значит, Рю не захотел меня выбросить.
Плохо.
С трудом, но я поднялся. С меня сползло одеяло, обнажая перебинтованное в некоторых местах тело. Встав, я оделся в домашнее. На каждое шевеление мышцы отзывались ноющей болью. Теперь гадай, тренировки меня так вымотали, или вчерашнее избиение. Наверное, и то, и другое.
Выйдя в коридор, я направился на кухню, ориентируясь на идущий оттуда вкусный запах. Оттуда доносился звук бьющегося по железу паломника и стучащего по доске ножа. Не успел я войти, как услышал голос Рю:
— Иди в постель, Рэн. Я принесу поесть. Ещё у меня к тебе серьезный разговор, — войдя, я увидел его в домашней одежде, что было необычным. Он нарезал овощи, а неподалеку, у плиты, возилась Хеля, что-то перемешивая большим паломником в кастрюле. Увидев Хелю, я улыбнулся. Она, покосившись на меня, сделала вид, что не заметила. Не мою улыбку, а меня вообще, что немного задело. От злобы она это, или от смущения, было непонятно. Кивнув, я вышел с кухни.
Возвращаясь, я думал, почему Рю в домашней одежде? Ведь из кимоно он почти не вылезал. Посчитал дни, и понял, что сегодня выходной. Моё увлечение тренировками заставило меня забыть, что в неделе есть дни, во время которых можно ничего не делать. Совсем не хотелось ими пользоваться. Это обеспечивало мне хороший прогресс, и позволяло быстрее догонять остальных. Никаких выходных. Только раз в месяц.
Завалившись обратно в постель, я почувствовал, как в груди защемило. Перед мысленным взором появился кулак Рю, который выбил меня из сознания.
Я дождался Рю, и когда он вошел, я старался не смотреть ему в глаза. Казалось, что стоит мне поднять голову, и Рю тут же меня ударит. Он нес в руках поднос с парой тарелок, от которых исходил запах, вскруживший мне голову. Пахло тем же, чем на кухне, но теперь запах был завершенным, и мог порадовать полной гаммой ароматов. Пахло рамэном и каким-то рисовым блюдом, которое пробовать не приходилось. Иначе бы я узнал запах. Рот тут же наполнился слюной, и я громко сглотнул, хотя даже не хотел этого делать.