Он стукнул посохом оземь и с другой стороны холма донесся рев проснувшихся йети. Ариша сразу же вскочила, несмотря на больную ногу.
— Эй, Кумар, ты сможешь снова ногой выстрелить? - спросила она сидевшего рядом скелета-лучника.
— Стрел нет уже давно, - отозвался тот. - Давайте как-нибудь без меня.
— Что здесь твориться? - спросила Амелия, выбегая в притвор.
— Йети идут, - отозвалась Ариша.
— Только этого нам не хватало! - воскликнула девочка. - Они же почти неуязвимы к моей магии холода!
Йети стремительно приближались, идя на зов друида. Один из них вскочил на крышу храма и начал там прыгать, грозя обвалить потолок, а другой огибал храм в поисках дверей и окон, и должен был вот-вот обнаружить единственный вход.
— Забавно, - усмехнулся Дафейс, отступая к дверям храма. - Вчетвером вы, похоже, ничего не можете, посмотрим, что у вас получится в компании с двумя обезьянами.
Он подобрал оброненное одним из скелетов копье и метнул его в бесившегося на крыше йети.
— Эй, ты, обезьян, слезай и покажи, на что ты годен! - потребовал скелет.
Удивительно, но йети сделал именно то, чего от него требовали — спрыгнул с крыши прямо на Дафейса, собираясь обрушится на него всем своим весом. Но прежде, чем чудовище достигло земли, другой монстр, черный и летающий, набросился на йети в воздухе и впечатал его в стену храма.
— Я волновался как у вас дела, и лорд Кешар одолжил мне своего Илк’ха’йа’лет, чтобы я слетал и проверил, - сообщил Полиандр, спрыгивая со спины монстра на землю.
— Полиандр! - воскликнула Амелия, бросаясь чернокнижнику на шею.
Теперь, когда Моох и йети оказались рядом, не заметить их сходства было невозможно — призрак был несколько пониже, отличался цветом, и его шерсть стояла дыбом, наподобие колючек ежа, и из-за этого Моох казался более устрашающим, чем его более крупные собратья. Два йети дубасили друг друга кулаками и победитель пока был непонятен. В то же время тот из йети, который обходил храм, наконец появился из-за поворота.
— Эй, может вы сначала с йети разберетесь? - обратилась Ариша к Полиандру и Амелии, которые совершенно перестали обращать внимание на все, происходящее вокруг.
— А, ну это просто, - сказал Полиандр, отрываясь от девушки и направляя в приближающегося йети мощный поток воды, заставивший монстра отступить. - Ты же продолжала работать над тем заклинанием?
— Разумеется, - ответила Амелия. - Жезл ледяного короля, посох разрушения, холод тысячи зим, грохот кулаков ледяного великана, карающий молот северного пути… Ледяной молот!
Когда-то бесконечно давно на берегах Залива Жемчуга то же заклинание направил на Амелию синий маг по имени Джастин Колд. Тогда девочка умерла бы, если бы не Ар’ак’ша. Тогда же она поняла, что в мире, в который она попала, присягнув Хасану Нортваллею, ты можешь быть одним из двух — либо могущественным колдуном, либо жертвой могущественного колдуна. Чуть позже пришло понимание того, что многие могущественные колдуны являются лишь жертвами для еще более могущественных колдунов. Амелия сделала все возможное, чтобы оказаться как можно ближе к вершине этой пищевой цепочки, и уже проделала изрядный путь в этом направлении.
Ледяной молот был универсальным оружием — он мог и сокрушать и замораживать, им можно было сражаться в ближнем бою или метать. Юная ведьма предпочла последнее, запустив молотом в грудь йети. И так уж отступавшее под напором Полиандра чудовище повалилось наземь.
— Ну наконец-то, - произнес Дафейс. Амелия обернулась и увидела, что большой отряд эльфов наконец преодолел сопротивление воинов Второй сотни и теперь стремительно приближался к храму.
— По-моему, у нас проблема, - сказала девочка Полиандру.
— Нет, думаю Ку’ман’дан имел в виду не эльфов, - отозвался чародей. - В любом случае, нам лучше зайти внутрь.
Амелия, Ариша и Полиандр укрылись внутри храма, а Дафейс встал у дверей. Эльфы подступили к дрогу, опасаясь, впрочем приближаться к Мооху и двум другим йети.
— Элмэ мюрэ этелен умбар (эльф. «Нужно отогнать призрака»), - распорядился друид, который, похоже, был главным в отсутствие леди-командующей, склоняясь над лежащим на земле Унолифом и осматривая его раны. Обычный эльф не протянул бы долго со сломанной грудной клеткой, но один из членов Золотого Листа уже был мертв, так что мастера клинка еще вполне можно было спасти.
— Йэ, сэ анва алта, - ответил кто-то. Кем-то была Са’оре, незаметно подошедшая и вставшая позади отряда эльфов. - Ма римбэ элье’кар? Лав’инье митта. (эльф. «Да, он действительно огромный… Что у вас тут за толкотня? Дайте мне пройти.»)
Эльфы спешно развернулись и направили на Королеву Мертвых оружие.
— Ла икуиста (эльф. «Это не просьба»), - уточнила девушка, стреляя с обеих рук Теневым Разрушителем. Строй эльфов распался и Са’оре прошла к дверям.
— Используй это и разберись с йети и мелочевкой, - сказала она, вручая Дафейсу деревянную палку длиной в полтора фута.
— Понял, - отозвался дрог, глядя на палку так, будто он получил грозное оружие. - Четвертая, - добавил он тише.
— Лар’куэттимма, - обратилась Са’оре к эльфам. - Инье тул’симен ла мине. Элье канатаран охтари, ман хеп’налантамма, силумэ махтар’ла лебетаран, нан нэл менег охтари. Сина ла апалумэ андавэ. Мюрэ ай элье хаута’а’даганта. (эльф. «Послушайте… Я пришла сюда не одна. Ваши четыреста воинов, которые сдерживали наше наступление, теперь сражаются не с пятью сотнями, а с тремя тысячами, и это не продлится долго. Будет лучше, если вы все просто сдадитесь.»)
— Нирья илкуэн! - приказал друид эльфам. - Элмэ хорья! (эльф. «Всем в сторону! Мы начинаем!»)
Он выпустил в небо сноп зеленых искр и наездница Ломедия, до сих пор ожидавшая сигнала и вступила в бой. Она появилась из поднебесья верхом на грифоне — как и йети, грифон был пойман в Драконовых горах, и Ломедия, вероятно, была единственной эльфийкой в мире, способной объездить взрослую птицу за столь короткое время. Грифон вышел из пике в двух футах от земли, схватил когтями Са’оре и взмыл в небо.
— Хорта’симен, - сказал друид товарищам. - Инье мента’элье. (эльф. «Поторопитесь… Я вас переправлю.»)
— Ну вот, - вздохнула Королева Мертвых, оказавшись в воздухе, - за тысячу лет, что я просидела в темнице, эльфы так и не стали разумнее…
В ее руке возник ее любимый меч из мертвых насекомых — разумеется тот самый, которым она сражалась тысячу лет, был уже давно утерян, но она легко смогла создать новый по памяти — и она вонзила его в шею грифону. Птица забилась в агонии и рухнула на землю на небольшой поляне где-то в миле от кургана Корон’Нере.
— Эй, ты… Лэ йандо куйна? (эльф. «Ты там живая?») - поинтересовалась Са’оре у эльфийки, вылезая из под трупа грифона. Эльфийка была живее всех живых — она выскочила из седла и выхватила оружие, стараясь впрочем, держаться по другую сторону мертвой птицы от противницы.
— Анта’апса самасойкамма — манна лэ йалумэ кол’инье? (эльф. «Чисто ради любопытства — куда именно ты меня везла?») - задала жрица свой следующий вопрос. На этот раз наездница снизошла до ответа, однако говорить с некроманткой по-эльфийски сочла, видимо, ниже своего достоинства.
— Вообще-то, мы прилетели туда, куда и было надо, - сказала она.
В этот момент на другом конце поляны появились друид и один из лучников Золотого Листа. Друид, впрочем сразу же исчез, а еще через десять секунд снова появился — вместе с чародейкой-мастерицей магических щитов.
— Впечатляет, - произнесла Са’оре. - Ты смогла направить падение грифона в нужном тебе направлении и теперь ваш друид переносит сюда остальных Древесным Порталом. То, что меня вы тащили грифоном, а не телепортировали, говорит о том, что вы выполнили вашу домашнюю работу и узнали, что заклинания перемещения на меня не действуют.
— Это еще не все, - с гордостью сообщила эльфийка-чародейка. - Эта поляна зачарована тем же заклинанием, что и твоя темница — здесь ты не сможешь призывать своих мертвых воинов.
— Ой, прекрати, - отозвалась королева личей. - Если бы я хотела натравить на вас толпу скелетов, то не пришла бы к вам одна, верно? - друид наконец закончил свои перемещения, и Са’оре осмотрела противостоящих ей эльфов, обступивших поляну по кругу, чтобы не дать ей сбежать. - Всего шестеро? Что-то маловато. И я не вижу среди вас командующую — леди Нэвэн, кажется?