— То есть мы покупаем котелок воды за четыре мешка золота? - уточнил Никодеон.
— Золото может быть полезно, но не стоит забывать, что оно — лишь средство достижения цели, - поучительно произнес лич. - Сейчас, ваша цель — не умереть от жажды.
«Золото — лишь средство достижения цели… - сказал себе Хасан. - Сейчас моя цель — набрать армию и для этого мне нужны трупы, а не деньги.»
«С другой стороны, - возразил он себе же. - Трупы можно раздобыть и иным путем, а после того, как мы доберемся до Эленсефара, нам понадобится золото, чтобы приобрести корабли. И я не уверен, что крестьяне в тех землях расстанутся с ним столь же охотно, сколь и местные.»
— Деньги — тлен, - рассудительно ответил он старейшине. - Тем не менее, будем считать, что ваше предложение заинтересовало меня достаточно сильно, чтобы я дослушал его до конца.
Лицо мужчины просветлело и он затараторил:
— Мы уже собрали для вас двести золотых монет и обязуемся выплатить еще столько же в течении двух недель.
— Я не собираюсь задерживаться столь надолго, - холодно ответил Хасан. - Однако, названная вами сумма меня устраивает. Думаю, вам придется ускорить сбор денег. Как насчет, скажем, семи дней?
— Мы постараемся, господин, - отозвался мужчина, хотя его лицо говорило о том, что Хасан требует слишком многого.
— В таком случае, вот как мы поступим, - произнес Хасан, всеми силами стараясь держать себя так, будто каждый месяц заключает подобные сделки. - Вы выплатите двести золотых монет немедленно и еще двести доставите на это же место в следующую среду. Кроме того, вы отдадите моим баталерам любые неодушевленные предметы, которые они пожелают забрать в ваших деревнях. Не беспокойтесь, обычно они предпочитают веревки и гвозди. Помимо этого, вы выкопаете из земли и выдадите моим баталерам тела всех мужчин, умерших в ваших землях в течение последнего года. Наконец, вы предоставите мне полную и правдивую информацию о Заливе и расквартированных поблизости войсках Королевской Армии, Академии и Ордена Паладинов. На этих условиях я согласен не нападать на деревни в пределах одного дня пути от Залива. Такие условия вас устроят?
— Да, господин, - поклонился старейшина. - Я немедленно распоряжусь начать сбор денег.
— Погоди, - некромант задал вопрос, который беспокоил его с самого начала переговоров. — Кто эта девочка с тобой?
— Эээ… Это моя дочь, господин.
— Отлично. Разумеется, если хотя бы одно из условий сделки не будет выполнено, например вы не соберете деньги или дадите ложную информацию о королевских отрядах, я уничтожу все ваши деревни. Но чтобы добавить личной заинтересованности конкретно для тебя, я позаимствую твою дочь.
Старейшина вытаращил глаза.
— Не беспокойся, ей не будет причинено вреда. Она просто посидит у нас в лагере, пока вы не соберете деньги. Если соберете, конечно.
Мужчина неохотно кивнул.
— Пойдем, - сказал Хасан побледневшей девочке. Та не двинулась с места.
— Арʼакʼша!
Призрачная девушка подхватила дочь старейшины на руки и Хасан услышал, как она шепчет:
— Не бойся, наш господин самый добрый, он даже сумасшедшую рыжую волшебницу убивать не хотел, хотя и пришлось.
Судя по всему, эта фраза окончательно убедила ребенка, что он — опасный маньяк, потому что девочка тихонько заплакала.
— Я пришлю к вас своих агентов за ресурсами и информацией в ближайшее время, - сообщил некромант старейшине и направился к ожидавшим его упырям. По дороге он свистом подозвал Ти-Ла-Ту и сказал ей:
— Лети к Сарʼару и передай что мы переносим лагерь на то место, о котором ты мне сегодня утром рассказывала.
Мышь довольно запищала, радуясь, что не умеющие выбирать укрытия бескрылые хотя бы прислушиваются к советам умных животных, и помчалась передавать сообщение.
========== Глава V. Часть II. Пути Света ==========
Путь Света прям,
потому что когда
дорога видна, нет
нужды путлять.
Цель Расиан, «О Семи Путях», 691 ГВ
Навигация в Заливе Жемчуга затруднена из-за обилия отмелей и коралловых рифов — именно поэтому в качестве главного порта страны используется Блэквотер. Среди рифов и прибрежных скал Залива затерялся небольшой островок под названием Пейнмаунт. Во времена королевы Ашевир здесь находилась крепость-тюрьма орков, где они превращали отловленных в Заливе водяных в рабов для добычи жемчуга. Принц Конрад, которого водяные до сих пор чтят, как героя-освободителя, победил орков и разрушил крепость, но никто из людей или водяных так и не отважился основать на острове поселение — слишком мрачными были связанные с этим местом воспоминания. Поговаривали, будто руины крепости населены духами замученных водяных, однако, Ти-Ла-Ту, слетав к ней дважды — сначала ночью, а затем днем, — убедилась, что, во-первых, там нет никаких духов, во-вторых, крепость все-таки населена сомнительными личностями, которых она идентифицировала, как контрабандистов.
— С их стороны очень мудро использовать суеверия местных, делающие их укрытие неприступным, - сказал Сарʼар, узнав об этом. Он, кстати, еще много чего сказал о договоре Хасана со старейшинами и все его рассуждения сводились к одному — деньги надо взять, а крестьян затем перебить.
«Если все эльфы вроде него, то я больше не буду удивляться, почему другие расы так их не любят», - подумал Хасан.
Когда отряд упырей под покровом темноты начал переправу на Пейнмаунт, Хасан пожалел о своем решении перенести туда лагерь. Брод был достаточно узким, да еще, к тому же, и извилистым. Некроманту начало казаться, что большая часть его упырей потонет, не достигнув острова, но, к счастью, Сарʼару удалось провести войска через брод, проверяя его лично. Когда все закончилось, Хасан понял, что даже если кто в Заливе и знал о логове контрабандистов, чтобы выбить их отсюда, надо быть вторым Конрадом, да и самому Конраду, которого называли самым талантливым полководцем в истории, потребовалась для захвата острова помощь водяных. Впрочем, все это делало руины крепости идеальным убежищем для войск нежити, которым требовалось дождаться сбора выкупа, не подставляясь под атаки королевских войск, наверняка уже прознавших об их появлении в регионе.
К удивлению Хасана, никто не попытался атаковать его отряд ни во время переправы, ни после высадки на берег.
— Может эти контрабандисты уже ушли? - задумчиво произнес он.
— Они здесь, господин, - сообщила Арʼакʼша. - За нами следят как минимум десять пар глаз, а сколько людей внутри, мне неизвестно.
— Ладно, пойдемте.
Хасан в сопровождении двух призраков — одного по правую руку и другой по левую, — вступил в ворота полуразрушенной крепости и его взору предстало весьма занимательное зрелище. В дальнем углу того, что когда-то было главным двором замка, горел небольшой костер, на котором огромный одноглазый мужик варил в котелке какое-то кушанье. Вдоль крепостных стен на шкурах, матрасах и просто на земле сидели и лежали люди.
«Как минимум человек пятьдесят», - подумал Хасан.
— Четыре женщины, сорок семь бодрствующих мужчин и восьмеро в стельку пьяных, - сообщил Сарʼар, как будто прочтя мысли чародея.
Контрабандисты смотрели на некроманта с явным неодобрением, но никто из них пока не предпринял агрессивных действий. Хасан осмотрелся в поисках кого-то, с кем следует вести переговоры.
«Главный тот, у кого еда», - решил он наконец и направился к костру. За ним на почтительно расстоянии строем двинулись упыри — Старик за прошедшую неделю все-таки смог добиться от них минимальной дисциплины. До очага оставалось пройти шагов сорок, когда какой-то толстяк, видимо, не мало выпивший, подошел к Хасану и проворчал:
— Эй, убери отсюда этих гнилых ублюдков, им тут не место.
Хасан на миг замер, но Арʼакʼше этого хватило, чтобы схватить это бандита за горло и одной рукой оторвать от земли.
— Отойди в сторону, - прошипела она. - Мешаешь моему господину пройти.
Хасан облегченно выдохнул, радуясь, что Арʼакʼша не убила беднягу сразу и, еще больше, что тому не взбрело в голову подойти к Хасану справа — Сарʼар даже не остановился, когда случилась эта заминка, и чародей был уверен, что эльф просто разрубил бы толстяка напополам, не замедляя шага.