В той жизни Шиссат звали Мидргой. Она совсем недавно поменяла тело и ей сейчас было, по орочьим меркам, лет семнадцать. В этом возрасте оркше полагалось иметь по три-четыре ребенка, и юные носители нередко беспокоили змею своими эротическими фантазиями. Каждый раз, когда Шиссат вселялась в девушку моложе двадцати, она потом долго ругала себя за это, когда ловила себя на том, что заглядывается на барутов. Но Мидрга была столь стройной и гибкой, что змея не удержалась и выбрала ее — такое телосложение было редкостью среди орков, и именно оно представляло Шиссат наилучшие возможности для использования ее змеиных способностей… И теперь змея расплачивалась за свой перфекционизм — не только ее юное тело настойчиво требовало к себе мужского внимания, но и вокруг постоянно вились молодые орки, готовые это внимание оказать. Обычно страх перед мистическими силами шаманок был достаточно велик, чтобы оградить их от настойчивых ухаживаний, но миловидность Мидрги перевешивала любые разумные доводы. Змея уже убила двоих слишком назойливых орков, и прокляла еще троих, но остальных это, похоже, лишь подзадоривало, и противостоять им становилось все сложнее. Шиссат начинала уже задумываться о возвращении к змеиной форме, когда повстречала орка по имени Рагар.
Однажды, когда шаманка отдыхала у себя в пещере после очередного жертвоприношения — уже вернувшись в орочью форму, но все еще переваривая съеденную змеей пленницу-эльфийку — Рагар пробрался внутрь и похитил ее. Вероятно, наслушавшись рассказов о силе шаманки, он намеревался украсть ее во сне. Это, разумеется, было невозможно — змея проснулась еще до того, как почувствовала его прикосновения, но после еды пребывала в благодушном расположении духа и решила сначала посмотреть, что произойдет. Притворившись спящей, Шиссат позволила вынести себя из пещеры, связать и положить поперек седла огромного волка.
— Кат тар га-шмот мар? (ороч. «Ну и куда ты меня везешь?») - спросила она, открывая глаза, когда они выехали за пределы поселения.
— Мар Рагар, Шута Хушрон Рон кижон, (ороч. «Я Рагар, младший вождь Клана Глубоких Пещер.») - сообщил орк.
— Тар толкат мар ко тар ки-рат-га, (ороч. «Я спрашивала о том, чего тебе от меня нужно.») - отозвалась змея, заранее решив, что если молодой вождь похитил ее, чтобы сделать своей женой, то она убьет его.
— Мар марадар тар, тар толкат тар охху нарох мар рон. (ороч. «Я хочу, чтобы ты призвала своего духа на помощь моему племени.»)
«Кура ко слухат… - подумала Шиссат. - Тар хат памрат тсат» (ороч. «Что-то интересное… Живи покамест.»)
— Мар рон ога Шута-рсак-жон, - продолжал Рагар, - ры во хат нарох мур варох. (ороч. «Наше племя поклоняется Шута-рсак-жону… но он неспособен помочь нам в битве.»)
— Тар хат гарох рат ога-толкат оххи?! - возмутилась змея. - Ки-рат тур рат-рат кура урк!» (ороч. «Как ты смеешь обвинять духа?! Слабейший из нас сильнее любого из орков!»)
— Мар слухат, во кура рат, - ответил орк, не обратив внимания на то, что шаманка причислила себя к духам. - Во на тур шута хушрон ву нагак кура баро, ры во хат кура нарох, тыка мур хат ки-варох мур хушрон. Туд-а Зису Хаку Рон барат-га мур хушрон ы мур арх-арз баро на тур. То дат барожун тсат во рат пакарат. (ороч. «Может быть он и силен… Он дал нам глубокие пещеры, полные золота, но что в них проку, если мы не можем их защитить? Клан Черепов Десяти Чудовищ захватил наши пещеры и заставил нас добывать золото для них. Такова судьба богатых в мире, где правит сила.»)
— Ки ко слухаааат… - вздохнула Щиссат. - Тар дагак-шисат-ога шарс мар башга. (ороч. «Скууучно… Твои жалобы меня утомили.»)
Она вцепилась зубами в загривок волка, вводя ему смертельную дозу яда. Животное споткнулось и упало, а оба орка кубарем покатились по земле.
— Баро — кура рат, мар ошиг-гак-шисат, - сказала шаманка Рагару, поднимаясь на ноги и перекусывая свои веревки. - Ры тар хат барат-рох во, тар марадар-ки-рат хатжан рат — тар марадар-ки-рат хат барат-варох. Оххи барад тар! (ороч. «Богатство — великая сила, даже я это понимаю… Но вместо того, чтобы учится использовать ее, ты пытаешься найти какую-то другую — хочешь украсть победу, вместо того, чтобы заслужить. За это тебя ждет божественная кара.»)
Она набросилась на орка, но тот успел подняться и отбросил Шиссат. Змея намеревалась выхватить у Рагара оружие, чтобы использовать для отравленного удара, но вождь, которому шаманка была нужна живой, предусмотрительно отбросил и саблю и кинжал, оставив лишь волчий кнут. Им он отогнал от себя обернувшуюся змеей шаманку, не давая ей и шанса атаковать. Шиссат ничего не оставалось, кроме как вернутся в орочью форму и перехватить кнут рукой, а затем вступить с Рагаром в рукопашный бой. Ловкой девушке удалось сбить орка с ног, и запрыгнув ему на шею, начать душить ногами, но орк оказался очень крепким — к тому же Шиссат все еще владела раздвоенными конечностями гораздо хуже, чем куда более привычным и удобным хвостом — и нашел в себе силы, чтобы перекинуть шаманку через себя, сильно ударив ее о каменистый грунт, а затем придавить своим весом, рукой прижимая ее голову с ядовитыми клыками к земле.
— Рагат мар, мар хат нарох! (ороч. «Можешь убить меня, но помогать я не буду!») - прошипела Шиссат, пуская в ход последнее средство — у нее пятьсот лет не было мужского тела, но, в конце концов, молодой вождь был достаточно силен и ловок, чтобы счесть его достойным носителем.
— Рагат тар тсат тар ки-вараг? Хат, такы мар шисат тар барат мар слухат — хат га охху-га ошиг тар! (ороч. «Убить теперь, когда ты наконец у меня? Нет уж… К тому же, ты оказалась даже лучше, чем о тебе рассказывали — теперь я уверен, что никакая другая шаманка не подойдет лучше, чем ты!»)
Наиболее грязным из известных ей орочьих ругательств змея посоветовала ему, куда он может отправляться.
— Кура ко слухат, (ороч. «А вот это неплохая идея…») - усмехнулся орк, свободной рукой разрывая на шаманке юбку из змеиной кожи.