— Думаю, я смогу задержать одного из меченосцев, - сказала девочка без особой уверенности, подбирая с земли увесистую палку.
— Другой план, - покачал головой Хасан. - Маг ваш, солдаты — мои.
========== Глава VII. Часть I. Сила, которая объединяет ==========
The mages of any land
We stand teamwise —
To sow the dread
And reap the peace.
Гимн Союза Некромантов
Услышав такой приказ, Амелия на миг остолбенела.
«Мне — драться с колдуном? - испуганно подумала она. - Добегалась за повелителем, дура. Вот щас он начнет палить огненными шарами и тебе конец.»
Страх придал ей сил и она помчалась вперед.
«Добежать и дать по морде раньше, чем он чего-то наколдует.»
Это, разумеется, было типичной ошибкой людей, к магии отношения не имеющих. Вера в то, что до чародея можно добежать раньше, чем он что-то наколдует, как и в то, что в ближнем бою любой маг загнется от пары ударов, была ошибочной.
Джастин Колд взмахнул правой рукой в воздухе, шепча заклятие:
— Жезл ледяного короля, посох разрушения, холод тысячи зим, грохот кулаков ледяного великана, карающий молот северного пути… Ледяной молот!
В воздухе вдруг сформировался боевой молот из льда и чародей подхватил его рукой. Амелия была уже рядом и готовилась опустить дубинку ему на голову, когда сама получила молотом в живот. Ее тело пронзил холод, какого она не чувствовала даже в самые суровые зимы и девушка застыла, а маг уже начал произносить следующее заклинание:
— Незримый поток, обращающий воду в лед… Дуновение северного пути!
«Плохо», - подумала девочка, но в этот момент из пустоты за спиной у мага выплыло лицо Ар’ак’ши, а две пары железных когтей вонзились Джастину в спину. Маг взмахнул руками и не успевшее сформироваться заклятие рассыпалось.
— Бей, Амелия, - услышала девочка голос призрака. Сжав зубы она попробовала пошевелить руками… и у нее получилось. Зажмурив глаза от боли, она изо всех сил ударила перед собой дубиной. Несколько секунд ничего не происходило, а потом Амелия почувствовала у себя на плечах и груди что-то теплое.
— Глаза можно открыть, - сказала Ар’ак’ша, обняв девочку руками и прижимая к себе. Призраку это сделать было труднее чем человеку и ощущения это вызывало довольно странные, хотя и приятные. Девочка рискнула открыть глаза.
— Ээ… это я его так? - с просила она, увидев лежащего на земле чародея с разбитой головой.
— Да, - подтвердила Ар’ак’ша.
— О боги, я убила человека… - прошептала Амелия. - Я его убила…
— Тише, тише, все уже закончилось, - попыталась успокоить ее Ар’ак’ша, но девочка ничего не слышала и смотрела перед собой широко выпученными глазами.
— Вы целы? - спросил Хасан, подходя. Два меченосца уже валялись на земле, пронзенные каменными кольями.
— Да, господин, но Амелия… - призрачная девушка не смогла найти нужного слова, но некромант, увидев лежащего на земле Джастина, сам все понял.
— Шок у нее, со мной тоже самое было, когда я первый раз… мне, конечно, не стоило посылать ее в бой, но так уж получилось… - он наклонился и проверил пульс у Джастина. - Джастин Колд, был, без сомнения, одним из наиболее талантливых магов нашего поколения. Он всегда мог обуздать свои чувства и руководствоваться хладнокровным расчетом. Он мог бы стать замечательным чародеем, и, разумеется, из него мог бы получиться куда лучший некромант, чем из меня. Но он погиб из-за того, что недооценил своего противника. Такое может случится с каждым, Ар’ак’ша. Никогда не будь беспечна.
— Да, господин.
— Вы в порядке, повелитель? - раздался сзади голос Вакиллы. Оказывается, она и ее ведьмы уже перешли мост. Хасан обратил внимание, что вместо коричневой мантии, которая была на Вакилле, когда они спасли ее от паладинов, она надела темно-фиолетовый плащ с широкими оплечиями — такие он видел в учебнике на картинках с некромантами древности. В руках у ведьмы был магический посох с навершием из черепа барана.
— Да. Мы с Ар’ак’шой отправляемся на помощь Старику, а вы возьмите с собой Амелию.
Вакилла дала знак какой-то старой ведьме и та взяла девочку на руки.
— Отвечаешь за нее головой, - сказал старухе Хасан. - А за ее душевное состояние ответишь еще и посмертным упокоением.
— Да, повелитель, - просипела ведьма.
— Идите и ждите нас на опушке Серого Леса, мы тоже скоро подтянемся, - приказал некромант Вакилле. Та поклонилась, но он успел заметить странное выражение ее лица и потому почти не удивился, когда, стоило им с Ар’ак’шой скрыться за поворотом дороги, ведьма догнала их.
— Тебе, кажется, было сказано вести отряд в Серые Леса.
— Простите, повелитель, я ослушалась вашего приказа, - произнесла Вакилла сокрушенным голосом. - После сражения я готова понести самое суровое наказание.
— Да почему сегодня все бабы делают не то, что им говорят, а наоборот? - возмутился некромант. - От Асии иного и не ждал, но потом Амелия, а теперь и ты… Ар’ак’ша, уж ты-то не перестанешь меня слушаться?
— Конечно нет, господин.
— Превратить их с Амелией что ли тоже в призраков… - проворчал Хасан, который в глубине-то души был рад, что Вакилла отправилась с ним и что драться с Асией один на один ему не придется.
***
Старик последний раз перед атакой осмотрел четыри сотни упырей, которые ему предстояло повести в атаку на позиции магов и еще раз понадеялся, что хваленая эффективность упырей против чародеев имеет место быть.
— Мужики, - обратился он к упырям. Необходимости в этом не было никакой и он, вообще-то, не был уверен, что эти создания могут оперировать понятиями более сложными, чем «убивать» и «жрать». Тем не менее, больше обратиться было не к кому, а перед боем командиру вроде как полагалось сказать хоть что-нибудь, - нас ждет кровавый славный бой.
Упыри заурчали и сержант решил, что общая мысль до них дошла, так что он продолжил, - Они там у себя в Академии небось сидят над книжками и не знают, что такое наша мужицкая мясорубка. Хозяин, конечно, не такой, но они же его и выгнали в итоге… Мочи книжных червяков, разобьем им очки!
Что-то, а слово «мочить» упыри хорошо понимали, и отряд с сопением и урчанием понесся в атаку.
Старик был прав как минимум в одном — маги, с которыми ему предстояло сразиться, в большинстве своем закончили Академию в этом или прошлом году и еще не успели попутешествовать по миру и понять, что есть мужицкая мясорубка. Потому в этом сражении сотня меченосцев, направленная штабом Западной дивизии для прикрытия магов, показала себя с лучшей стороны, а сами маги — с худшей. Некоторое время бой шел почти на равных с некоторым превосходством нежити, но затем маги, видя смерть товарищей и безудержную ярость упырей, дрогнули и побежали.
— Стойте! Вернитесь в строй, мы еще сможем победить! - кричал Леон Лайтсон, но безрезультатно. Возможно, его дед по матери — Великий Маршал Гведдри — и смог бы в такой ситуации вернуть подчиненных в строй, но сам он подобным авторитетом пока не обладал.
— Это конец, ребята, - констатировала Асия. - Леон, Сеорцин, простите, но я смогу телепортировать только одного из вас. Решайте.
— Возьми лучше Джастина, - самоотверженно ответил толстяк Сеорцин. - Где он, кстати?
— Он, ну… - в этот момент девушка вдруг увидела идущего по полю боя Хасана и, выдохнув, ответила. - Похоже, его больше нет.
Ее товарищи тоже заметили Хасана.
— Это Нортваллей! - воскликнул Сеорцин. - Убив его, мы сможем оставить нежить без командира.
— Дурень, нас это уже не спасет! - обругала его девушка. - Нужно уходить!
— Нет, Асия, мы остаемся и будем драться, - твердо ответил Леон. - А ты поступай, как знаешь.
Девушка сжала зубы от гнева, но не телепортировалась подальше отсюда, как ей на самом деле хотелось поступить, а просто отошла в сторону. Хасан стремительно приближался.
Леон взмахнул руками, потом положил их на посох, повернул его дважды против часовой стрелки и произнес:
— Четырехугольный барьер!
В барьерной магии главным было правильно сконцентрировать энергию, а словесные формулировки играли вторичную роль. Леон был известен, как мастер в этой области, еще во времена учебы в Академии, так что Хасан не особо удивился, увидев, как вокруг белых магов возникло светло-сиреневое силовое поле кубической формы. С другой стороны, некромант был слегка раздосадован тем, что область магии, казавшаяся во время учебы столь бесполезной, теперь может быть с успехом применена против него его же однокурсниками.