«Ну, я хотя бы выиграла достаточно времени для Повелителя. Может, если протяну еще немного, он расправится с Зазингелом и придет меня спасти… - подумала она, но тут же отругала себя. - Дура! Дура! Дура! Зачем Повелителю слуги, которых нужно спасать? У тебя и так нет стратегической ценности — ты не умеешь воскрешать мертвых или летать на разведку. Любая летучая мышь полезней тебя! Так хотя бы на поле боя сделай что-нибудь полезное, а коли не можешь — так помри и избавь Его от необходимости переводить на тебя еду!»
Ведьма остановилась и у нее внутри все похолодело — она осознала, что сил осталось ровно на два потока пламени.
— Соберись! - девушка не выдержала и начала кричать на себя в полный голос. - Ты еще можешь победить — тебе просто нужно понять, как усилить заклинание с помощью своей боли, как сказал тот гад…
Она на миг зажмурилась, вспоминая все страдания, которые ей только доводилось перенести. В десять лет она осиротела, и ее детство закончилось. В четырнадцать она была избрана Королевой Хэгмаунта и приняла ответственность за жизни полусотни людей, из которых в итоге смогла сберечь лишь восемнадцать. В семнадцать она была схвачена паладинами и ожидала казни. Даже когда появился долгожданный Повелитель, она почти ничего не смогла для него сделать. Более того, она позволила Сар’ару втянуть себя в заговор, в результате которого Повелителю пришлось до срока оставить мир живых и превратится в лича.
Вакилла открыла глаза и взмахнула посохом. Тот изверг огромный столб дыма и ведьма на миг почувствовала, как магическая сила внутри нее начинает закипать.
«Вот оно!» - подумала было девушка, однако поток пламени, появившийся из посоха, мало чем отличался от обычного. Легион на миг замер, когда струя огня врезалась в него, но пламя погасло и костяной монстр вновь двинулся вперед.
— Что это? - прошептала ведьма. Сил почти не осталось и ей пришлось обеими руками опереться на посох, чтобы не упасть. - В начале ведь почти получилось… Что это значит? Я что-то сделала не так? Нет… наверное, я просто недостаточно много страдала. В конце концов, меня даже ни разу не пытали. Если не считать боя со Змеей, я ни разу не была серьезно ранена. Я даже сейчас цела… почти. Ну разумеется… что значат все эти мелкие неприятности — я бы согласилась перенести все это еще раз в обмен на пять минут рядом с Повелителем. Призрак-то, должно быть, мучился тысячу лет, а далеко не семнадцать. Ничего не выйдет…
Легион остановился и внимательно посмотрел на ведьму двумя парами глаз. Должно быть, он понял, что девушка с трудом стоит на ногах. Кости зашевелились — монстр начал разделятся.
«Что такое? Я дрожу от страха? - спросила себя Вакилла. - Неужели я боюсь смерти? Да нет… не может быть. Я должна была сгореть на костре еще месяц назад. Вместо этого я получила в подарок целых тридцать два дня — самые счастливые дни в моей жизни. Я жалею только о том, что больше не смогу служить Повелителю. А смерть — кого она пугает? Да и какой смысл иметь шестьдесят лет жизни, если я все что я умею — испепелять врагов, и даже это у меня как следует не получается? Кому нужны шестьдесят лет полной бесполезности? Почему нельзя иметь жизнь в три раза короче и магию в три раза сильнее? Да гоблин с ними, с этими тремя разами! Мне не нужно ни минуты — я готова умереть прямо сейчас, пусть только сначала он сгорит!»
Ведьма отбросила в сторону посох и сделала шаг вперед. Легион, уже почти разделившийся на двоих скелетов, замер, пытаясь понять, действительно ли он недооценил свою противницу. Вакилла почувствовала, как внутри нее снова закипает… но не магическая сила — закипала ее кровь. В следующий миг ее легкие заполнились пламенем. Струи огня хлынули из ее рта и ноздрей, сливаясь в единый поток пламени, который помчался по земле, разгораясь все сильнее и сильнее. Когда он достиг Легиона, его высота уже превышала семь футов.
Вакилла рухнула на землю, отброшенная отдачей. Она приподнялась, чтобы убедиться, что костяной монстр превратился в кучу обгорелых костей.
— Вот… другое дело, - пробормотала она опускаясь на землю. - Живи и царствуй вечно, мой Пове…
Изо рта хлынула кровь и ведьма не смогла закончить фразу.
========== Глава XII. Часть I. Конец боя ==========
Первым по-настоящему серьезным
испытанием, рядом с которым блекли
и битва на Острове Проклятых и штурм
Эленсефара, и переправа Абез, стала для
нас кналганская зима. Тогда мне казалось,
что никому из нас не дожить до весны.
Принц-консорт Конрад, «Наследник престола —
правдивая история нашего воцарения», 521 ГВ
— Так значит, маги Времени могут убивать друг друга, называя имена? - переспросил Семасцион.
— Не совсем так, - ответила Ар’ак’ша. - Если маг Времени будет во время путешествия в прошлое перехвачен и назван по имени, то он не сможет возвратиться назад. Его оригинал, живущий в прошлом, умрет, а ему придется остаться в прошлом и прожить заново все время до настоящего.
— И что случится тогда? В смысле, у нас здесь — что случится? - спросила Церцея.
— Врата, через которые Зазингел прошел в прошлое, исчезнут, а где-то в мире появится Зазингел, который будет на несколько лет старше, чем он был, когда уходил. То, где он появится — будет зависеть от его действий, но это не будет для нас неожиданностью — в том смысле, что он не возникнет внезапно у одного из нас за спиной — мы увидим, как он приближается. Ну, по крайней мере, господин так считает… У нас было не так много времени, чтобы изучить дневник, и многое осталось непонятным.
— Но… - начала было Церцея.
— Это не имеет значения, - прервала ее призрачная девушка. - Важно то, что разрывание заклинания, вызванное использованием имени мага, смещает Точку Отсчета — это дает возможность убить мага Времени прямо во время путешествия и он не сможет никак избежать этого с помощью магии Времени.
— Значит лорду Хакару нужно просто пронзить Зазингела отравленным мечом и назвать при этом его имя? - уточнил Сар’ар.
— До того, как Зазингел сделает тоже самое с ним, - вставил Ир’шаз.
— Да, риск есть, - подтвердила Ар’ак’ша. - Именно поэтому господин использовал более слабое заклинание, которое перенесло в прошлое не его тело, а лишь его тень — что-то вроде двойника. Чтобы не случилось с тенью в прошлом, господин просто очнется здесь.
— Это очень удобно, - заметил Семасцион. - Почему Зазингел не воспользовался таким же заклинанием, а подверг себя риску?
— Потому что ему пришлось бы оставить здесь свое тело, которое мы могли бы убить, - отозвался Сар’ар. - У лорда Хакара есть союзники, которым он может доверить защиту своего тела, а у Зазингела их нет.
— Кроме того, заклинание Пути Веков, которое использовал Зазингел, более мощное, - добавила Ар’ак’ша. - Там, в прошлом, Зазингел не будет ничем отличаться от своего оригинала — он сможет есть, пить, сражаться, использовать магию. А тень господина сможет только говорить, двигаться и совершать примитивные физические воздействия.
— Да… кажется, я понял, - кивнул Семасцион.
— И долго нам ждать? - поинтересовалась Церцея.
— У господина хватит запаса энергии на десять часов путешествия на год в прошлое, или на пять часов путешествия на два года в прошлое или на два…
— Мы поняли, так что умолкни! - оборвала призрачную девушку Мелипсихона. - Это затянется надолго, так что давайте просто сядем и помолчим.
Она первой последовала собственному совету, сев на землю спиной к Мал Хакару и уставившись в темноту.
— Земля холодная — можно задницу отморозить, - проворчала Церцея и, вместо того, чтобы сесть на землю, прислонилась спиной к дереву. Семасцион, Ар’ак’ша и Сар’ар проигнорировали ее замечание, рассевшись по земле вокруг лича.