– Ты права, конечно, – ответил он. – Вот только проблема в том, что всё могло бы сложиться намного лучше. Мы всегда рассчитывали, что Беовульф будет поддерживать Мантикору – конечно, пока манти вообще существуют как государство – и это было частью наших планов по распаду Лиги. Но мы надеялись, что солли не должны были сдаться так легко, планировалось, что перед этим они несколько потреплют и измотают мантей. Они должны были ослабить Мантикору до состояния, которое позволило бы наконец хевенитам окончательно разобраться с ними. И уж конечно, никто даже помыслить не мог, что Новый Париж вместо этого решит помочь мантям выбить дерьмо из Лиги! И к тому времени, как Беовульф начал бы осознавать происходящее и активно искать военных союзников против нас, Мантикоры уже не должно было бы существовать, а их союз с проклятыми хевенитами гораздо менее вероятен! И это даже не учитывая тот факт, что никто не должен был знать об «Указании Мезы» до тех пор пока мы не перейдём к третьей фазе, а мы ещё не завершили даже первую.
– Я знаю, – кивнула она. – Но как ты всегда говорил, мы с самого начала знали, что окажемся перед необходимостью приспосабливаться и импровизировать, и ты и мальчики довольно хороши в этом. – Она непринуждённо улыбнулась. – Им всегда удавалось что-то придумать. Надеюсь, дети справятся и с этими неприятностями!
– Да, им всегда всё удавалось, – также улыбнувшись, с гордостью согласился он. Но потом его улыбка угасла. – Им всё удавалось раньше и удаётся сейчас. Но я не могу сказать, что доволен текущими темпами «Гудини», мы оказываемся перед необходимостью ускорить программу. – Он покачал головой. – Бен, Коллин и я рассмотрели её с разных сторон, внесли всё возможные поправки, но всё же не сумели найти альтернативы «Варианту Баллрум».
На лице Эвелины отразилось сожаление. Она было начала говорить что-то, затем сделала паузу и опустила взгляд на вязание в своих руках, явно заново обдумывая свои слова прежде, чем снова открыть рот.
– Это, похоже,… вызовет проблемы, – заметила она.
– О, не просто похоже, а наверняка вызовет! – Его собственное лицо было мрачно. – И я не осуждаю людей, которым придётся решать их. Вот только не вижу другого пути сейчас, когда эти ублюдки Симоес и МакБрайд сдёрнули покров с тайны.
– У них всё ещё нет никаких доказательств, – указала Эвелина. – Если бы у них действительно был кто-то, то я уверена, что к настоящему времени они бы уже по всем каналам трезвонили об этом.
– В некотором смысле, это только ограничивает наши дальнейшие шаги, – мягко заявил Альбрехт. – Если у них нет доказательства, то они будут вынуждены отправиться на их поиски. И во вселенной не так много мест, где они могут найти их и одно их них… прямо здесь. Именно поэтому я доволен тем, что Золотой Пик ещё не знает об этом.
Он открыл закладку в докридере, и она с несчастным видом кивнула.
– Полагаю, ты прав, – вздохнула она. – Подозреваю, что скорее всего это будет стоить нам некоторых… сопутствующих потерь. Помимо очевидных, я имею в виду.
– Я понял, что ты имела в виду, – кивнул Альбрехт. – И именно поэтому Бен, Коллин и я наметили на завтра встречу со всеми главами секций внутреннего круга. Ну, кроме секции Даниэля, он всё ещё торчит на Дэриусе. Мы собираемся довести до их сведения наш план – и обосновать, почему именно у нас нет другого выбора – и попросить их рассмотреть его с точки зрения поиска слабых мест. Также я собираюсь поручить «Психо» начать предварительный отбор потенциальных горячих точек. – Он пожал плечами. – Откровенно говоря, я не думаю, что возникнут проблемы, с которыми мы не сможем справиться. Похоже эта история доставит нам мало удовольствия, но думаю, что мы сможем пройти через это. Что меня больше всего волнует с практической точки зрения – так это то, что с ускорением темпов исполнения «Гудини» растёт вероятность того, что наши команды зачистки что-нибудь упустят. А коль всё сводится к этому – то снова возникает необходимость прибегнуть к «Варианту Баллрум». Невозможно что-либо вытащить из компьютера которого больше физически не существует.
Эвелина, задумавшись, снова кивнула.
– Я поняла, дорогой. Как я вижу, ты всё продумал до конца. И пусть мне не очень нравится результат твоих размышлений, я не могу оспорить его. Правда, иногда мне хочется, что бы твой отец в своё время не сложил бы все яйца в одну корзину.
- О-о? – Альбрехт выпрямился в кресле и грозно свёл брови. – А я склонен считать, что он выбрал чертовски симпатичную корзинку!
– Но-но, не напрашивайся на комплименты! – Фыркнула она. – Я тоже так считаю. – Она тепло улыбнулась ему. – Но твоё решение… разносторонне развивать мальчиков – и настолько раннее разрешение им принимать решения на высшем уровне – было верным. Они владеют всей полнотой информации и не боятся спорить с тобой. Но несмотря на это, ты всё ещё являешься совершенно незаменимым в достаточно большом числе направлений, – её улыбка исчезла под гнётом печали. – Мне жаль, что у тебя, когда ты был в возрасте мальчиков, не было кого-то способного взять на себя часть груза ответственности. И мне по-настоящему жаль, что у тебя и сейчас нет никого с кем ты мог бы разделить его. Поэтому я понимаю, насколько тяжело тебе далось решение о необходимости ускорить «Гудини», и я знаю, что это решение будет долго преследовать тебя.
Альбрехт дотянулся до кресла напротив и нежно коснулся её рук.
– Да, – согласился он с тяжёлой улыбкой. – Да, это так. Мне предстоит принять много решений и ещё больше, прежде чем всё это закончится. Но ты не права в одном отношении. У меня может быть и не было никого на кого я мог бы переложить окончательную ответственность, но, как ты сказала, по крайней мере у меня есть ты – и мальчики – помогающие мне справиться с нелёгкой работой и… призраками. Это помогает, Эви. Это сильно помогает.
* * *
Мишель Хенке хмуро взглянула на дисплей, затем повыше подняла спинку раскладного кресла и перевела угрюмый взгляд на автоматически зажёгшийся ночник в изголовье её спального отсека.
Как всегда на ней был её любимый комплект спортивной формы академии и разношенные тапочки в виде головы древесного кота. Она отметила, что Биллингсли оставил ей дополнительный пончик. Мишель ценила его заботу, его усилия побаловать её, когда она засиживалась за работой допоздна, но отметила в памяти, что следует напомнить ему, что у неё нет бешеного метаболизма Хонор Александер-Харрингтон и попросить подыскать что-то с несколько меньшим количеством калорий. Морковные палочки, может быть, или даже сельдерей, пусть она и не древесный кот. К настоящему времени врачи-диетологи уже несколько столетий производили безкалорийные «продукты», но Мишель была старомодна. Если она собиралась что-то съесть, то она хотела бы, чтобы это что-то было настоящей едой, а не пустым наполнителем. В конце концов, она не относилась к тем людям, что использовали нанотехи очищавшие их пищеварительную систему от лишних калорий, сахаров и жиров, поэтому не имела возможности набивать брюхо всем тем, что ей в данный момент хотелось, хотя были времена…
«Нет», – твёрдо заявила она себе. – «Морковные палочки. Это определённо будут морковные палочки». Она почувствовала себя совершенно добродетельной и очень решительной и приняла твёрдое решение, что введёт новый режим прямо со следующего дня. Однако тем временем, будучи рабыней пагубных желаний, её рука уже была на полпути к пончику номер два.
Мысль – половина дела, и её рука уже почти ухватила очередной пончик, как ей пришлось сделать паузу, когда пара лап каждая размером со столовую ложку мягко ткнулась Ненке в бедро. Она перевела глаза вниз и натолкнулась на очевидно голодающий взгляд бродяжки отчаянно привлекательных глаз енотовой кошки, которая похоже была способна прибить пекинеса одним ударом лапы… и затем сожрать его не более чем за пятнадцать секунд вместе с шерстью и всем остальным.
– Нет, – твёрдо заявила она Шансику. – Если ты хочешь пончик, то пойди и поймай свой собственный, ты, наглое животное из семейства кошачьих! Или, по крайней мере, пойди и выпроси у Криса ещё один. А это мои личные калории, вот так!