— Ну ладно, ладно. Но как мы найдем посреди этих обломков вход в подземную галерею? Вы что, собираетесь копать просто наугад?
— Без тяжелых земляных работ нам не обойтись. — Сара добродушно улыбнулась. — Но я вовсе не намерена копать вслепую. Специальные геодезические устройства помогут нам найти место, где немецкие археологи натолкнулись на скелеты французских солдат.
Она со знанием дела заставила свою верблюдицу опуститься на передние ноги и сошла. Сапоги утопали в горячем песке. Сара направилась к сохранившимся статуям и воротам — даже в полуразрушенном состоянии они представляли собой внушительное зрелище. По знаку миледи Камаль снял со своего верблюда продолговатый ящик и открыл его. Взорам присутствующих предстали разнообразные измерительные приборы: закрепленный на штативе теодолит, латунные линейки… Сара принялась отыскивать место, описанное Дюмихеном. Она не знала, где точно вели раскопки немцы, но пометила себе, с каких точек были выполнены тогда фотографии. Она надеялась, сведя воедино все данные, найти вход в засыпанную галерею.
Пока Сара проводила замеры, а Камаль по ее просьбе переставлял теодолит, остальные обустраивали лагерь.
Поставили палатки, где руководители экспедиции должны были провести ночь. Солдаты Хейдна тоже разбили огромную палатку, призванную защитить их от змей и скорпионов. Местным же рабочим предстояло заночевать под открытым небом. Сэр Джеффри и Мильтон Фокс, спрятавшись от палящего солнца под тентом, наблюдали за Сарой.
— Можно задать вам один вопрос, сэр Джеффри? — спросил Фокс королевского советника.
— Конечно, инспектор, задавайте.
— Что мы здесь, собственно, делаем? Я хочу сказать, есть ли вообще смысл охотиться за каким-то утраченным памятником, причем, может быть, утраченным навсегда?
Джеффри Халл помедлил.
— Если честно, инспектор, я не знаю, что вам ответить, — признался он. — Но вне зависимости от того, верим ли мы в существование этой книги или нет, наш противник, безусловно, верит и готов ради нее хладнокровно убивать. Возможно, наша задача — лишь положить этому конец.
— А если она все-таки существует? Вам не приходило в голову, что к ней, пожалуй, лучше не прикасаться? Может быть, все эти жертвы — лишь предостережение…
— Предостережение? — Глаза Халла озорно сверкнули. — Вы это серьезно? Умоляю вас, инспектор! Где ваш здравый смысл? Ваше рациональное мышление? Никаких древних проклятий и предостережений не существует. Но если под этим песком действительно находится то, что может представлять собой угрозу для империи, то непременно нужно искать, понимаете?
Фокс вздрогнул. Он еще не слышал, чтобы королевский советник, которого он считал мудрым и рассудительным человеком, говорил с такой яростной решимостью.
— Прекрасно понимаю, сэр.
И он повернулся к Саре. К тому времени она уже скорректировала район поисков и инструктировала рабочих, разгребавших завалы на подступах к древнему фундаменту.
— Копайте здесь, — говорила она, указывая участок. — Копайте и дайте мне знать, когда наткнетесь на что-нибудь необычное. Важной может оказаться любая мелочь…
— То же самое я обычно говорю свидетелям, расследуя убийство, — с заинтересованным видом заметил Фокс, подошедший к месту начала работ. — Но очень редко такие мелочи оказываются действительно полезными.
— Погодите, инспектор, — ответила ему Сара и замотала голову и лицо платком, пытаясь укрыться от сильного ветра, вздымавшего пыль и песок. — Погодите…
Глава 7
Дневник Сары Кинкейд
«Раскопки длятся уже сутки. Рабочие срывают бархан за барханом, высящиеся над руинами, но пока ничего не найдено. И все же я не сдаюсь. С наступлением сумерек я распорядилась зажечь факелы, чтобы работа шла посменно. Вокруг лагеря и места проведения раскопок Хейдн выставил посты. Хотя по многим вопросам я не соглашаюсь с капитаном, нужно признать, он настоящий офицер и всемерно меня поддерживает, может быть, даже слишком безоглядно. Если Джеффри Халл и Мильтон Фокс в основном сидят под тентом и плавятся в сухой жаре, Хейдну все более интересны сами раскопки. Хотелось бы знать почему. Был ли прав Морис Дю Гар, когда говорил, что я могу положиться на него? Или за маской прямодушного офицера скрывается предатель, о котором предупреждал меня Аммон? Я смотрю на окружающих меня людей со все большим недоверием, и чем дольше раскопки не дают никаких результатов, тем неспокойнее у меня на душе.