Она приближалась к красно-коричневой скале с руинами древней башни и крепостных стен на ее вершине, но не так быстро, как ей бы хотелось. Мысль, что Хейдн, возможно, прав и она не успеет добраться до крепости, вызвала у Сары приступ дурноты. Попытки переубедить упорного офицера стоили ей бесценного времени, потеря которого так теперь ощущалась.
Верблюд начал задыхаться, он бежал с пеной у рта. Несмотря на стремительно поднимавшийся ветер, было сухо и жарко. Песок пробивался сквозь платок, Сара чувствовала его на зубах.
— Йалла! Йалла! — кричала она животному, в отчаянии все же подгоняя его.
Поднялся шум, как будто выдохнуло какое-то страшное чудовище, и, снова обернувшись, Сара увидела, как гигантский бурун катится по низине. Песок, только что лежавший плоскими волнами, вдруг взмыл вверх, затягиваемый вихрем невероятной силы. Надвигающаяся стена была теперь так высока, что заслоняла солнце, лучи которого едва пробивались сквозь желтоватую мглу. Сара с ужасом ощутила, как ее начинает затягивать приближающийся смерч.
— Быстрей же, черт подери! Скорей!..
Буря добралась уже до места, где окопалась экспедиция. Увидев, как ее закрыл занавес из песка и пыли, Сара вознесла к небу горячую молитву за своих спутников и за себя.
До развалин крепости оставалось около восьмидесяти метров — небольшое, в сущности, расстояние, которое может оказаться непреодолимым. Буря приближалась, и уже явственно ощущалось ее страшное дыхание. Верблюд скакал из последних сил: крошечное создание, стремящееся вырваться из бушующего ада. Вдруг стало совсем темно, Сару охватил порыв ветра, она с трудом удержалась в седле, тысячи песчинок иглами ударили в лицо. Сара с трудом различала руины, высившиеся перед ней за смертоносной пеленой. Наверное, когда-то они являлись смотровой башней. Вершина и часть стен давным-давно рухнули, но все же это было единственное пристанище в округе. Однако до него еще метров тридцать.
Буря усиливалась. С каждой секундой становилось все темнее, и скоро Сара лишь слышала шум ветра в ушах и ощущала колючий песок на лице. Она страшно, отчаянно закричала, словно пыталась пересилить всевластную природу.
Двадцать метров. Уши закладывало от пронзительного свиста, она глотала песок, кашляла и с трудом удерживалась в седле, но настойчиво гнала верблюда к башне.
Десять метров…
В ночи, наступившей среди дня, контуры башни казались ей спасительной гаванью. Сара резко остановила верблюда, и тот сразу же рухнул под ней. Сара вылетела из седла и упала на песок. Она тут же вскочила и хотела было потянуть верблюда за поводья, чтобы втащить его в башню, но руки ее ухватили лишь пустоту.
Верблюд исчез.
У Сары не оставалось времени на раздумья о том, убежал ли он или его унес ураган. Она повернулась и проделала несколько последних шагов к развалинам крепости, всем телом налегая на стену ветра. Вконец обессиленная, лихорадочно дрожа, она протиснулась в узкий разлом в стене как раз в тот момент, когда гибельный вал достиг подножия горы.
Свист перешел в невыносимый вой. На четвереньках Сара переползла в самый дальний угол башни с еще сохранившейся крышей, прижалась к стене и потуже замотала лицо платком. Она слышала ужасающее завывание бури, чувствовала, как камни содрогаются под страшными ударами стихии, и надеялась, что стены выдержат. Саре Кинкейд оставалось только молиться Всевышнему и ждать того, когда наступит конец. Ее собственный или песчаной бури…
Глава 2
Дневник экспедиции
5 января 1884 года
«В конце концов буря кончилась. Не знаю, как долго я, поджав колени, тряслась от страха в темной пещере, помню только, что тьма вдруг прояснилась и в крепость проник солнечный луч. Я встала и отряхнула песок с волос и одежды. Выглянув наружу, я решила, что перенеслась в другое место. Конфигурация барханов и вообще весь ландшафт совершенно изменились; одни холмы превратились в высокие горы; другие напрочь снес ветер. Пустыня была спокойной и мирной, ничто не напоминало о буре, только что бушевавшей с такой дикой яростью. И нигде не видно моих спутников…»
— Хейдн! — крикнула Сара, выйдя из полузасыпанного входа в крепость. — Хейдн, вы меня слышите? — В горячем воздухе ее голос эхом отдавался от скалы. — Капитан Хейдн! Сэр Джеффри! Инспектор Фокс! Лейтенант Фарнсворт!..